Книга Не грози Дубровскому! Том 12, страница 60 – Антон Панарин

— Туня, я не хочу никуда уезжать. Здесь мой дом.

— Муся, дом там, где жопа в тепле и безопасности! А здесь она настолько пригрелась, что вот-вот загорится! Нужно бежать, и как можно скорее. Когда начнётся вторжение, у нас такого шанса уже не будет. — Тунгус в панике запихивал в мешок всё что видел, даже то, что ему было совершенно не нужно, к примеру оловянный подсвечник.

Муся подошла к своему избраннику и, схватив его за грудки, хорошенько тряхонула.

— Туня, ты не просто мужчина. Ты — самый храбрый мужчина из всех, кого я знаю. Ты духовник и светоч во времена надвигающейся угрозы. Если ты сбежишь, то вера народов Дубровки иссякнет.

— Да плевать я хотел на эти народы! Мы должны бежать! — взвизгнул Тунгус, пытаясь освободиться из мощного захвата Муси. Но Муся не только смогла его удержать, но и влепила такую пощёчину, что у контрабандиста едва не оторвалась голова.

— Ты должен взять себя в руки и помочь людям пережить грядущую опасность! Если мы уцелеем, то ты перестанешь быть хитрым скунсом с синдромом самозванца, а станешь настоящим героем! Тебя будут уважать за дело, а не за длинный язык! Понимаешь? Это твой шанс всё изменить! — Муся для верности встряхнула контрабандиста ещё раз, и взгляд у Тунгуса прояснился, а мешок выпал из рук.

— Ты права, — прошептал он, нервно улыбаясь. — Это мой шанс. Но мне так страшно.

— Всё будет хорошо. Я с тобой, — Муся крепко прижала возлюбленного к груди.

— Моя ты хорошая, дай я тебя поцелую, — шмыгнув носом, сказал Тунгус и впился в губы любимой. Спустя мгновение он отстранился. — Где мои одеяния? Великий жрец нужен своему народу!

* * *

Мы с Львовичем летели над землёй к гнойнику, расползавшемуся по бескрайним лугам. Чем ближе мы подлетали, тем серьёзнее становился глава рода Львовых.

— Лев Львович! — прокричал я, стараясь пробиться через свист ветра. — Поклянись, что никогда никому не расскажешь об увиденном!

— Виктор, если внешний мир узнает о том, что у тебя тут собственная империя, то тебя уничтожат во что бы то ни стало!

— Поэтому я и прошу вас держать язык за зубами!

— Не переживай! Я могила! Но ты же понимаешь, что теперь я ещё больше хочу с тобой породниться? В столь юном возрасте ты — если не ровня императору, то очень скоро станешь ему ровней!

От его слов я расплылся в улыбке. Чёртов льстец и упрямец. Вот же заладил со своей свадьбой.

— Лев Львович, насчёт свадьбы я ещё ничего не решил!

— Ну, ничего страшного! Скоро начнётся новый учебный год и мои девочки как раз будут учиться в твоей академии! Да, я их уже перевёл! Пообщаетесь, узнаете друг друга получше! Ха-ха-ха!

— А вам палец в рот не клади, — покачал я головой и пошел на снижение.

— Кстати! А Лёвка уже бывал в Дубровке?

— Само собой!

— Вот паршивец мелкий! Намылю ему шею! Скрывать такое от собственного отца?

— Не сердитесь так, это ведь не его тайна, а моя. Он всего-навсего поступил как настоящий друг и человек чести!

— Говоришь ты верные вещи, но осадочек остался, — сказал Львович немного тише, так как ветер перестал свистеть, и мы коснулись земли.

* * *

Иркутск.

Имение Мышкина Сергея Юрьевича.

Сергей Юрьевич чувствовал себя курицей-наседкой, которая не знает покоя и гоняется за своим цыплёнком, желая создать идеальные условия.

— Юлечка, подожди! Дай я подушечку подложу. Так удобно? Может, тебе покушать что-нибудь принести? А как спалось? Перина не слишком мягкая? А тебе можно кушать сладкое? Ой, а я тут одежду для ребёночка купил. Вот, смотри, розовая если будет девочка, а синяя — если мальчик.