Книга Не грози Дубровскому! Том ХI, страница 41 – Антон Панарин

До обеда следующего дня в Дубровке происходил дурдом. Ульяна, Любава и Юлия мотались по магазинам Иркутска, выискивая платья, которые подойдут для визита в Японию. Кстати, Юлия с Ульяной нашли общий язык, как только Уля перестала претендовать на моё либидо.

Куда проще обстояли дела с Квазаром и Одой. Анна пошила Оде китель, похожий на мой. После самурай дал его примерить Тимуру. На нём китель немного висел, но Анна подколола его булавками и визуально он стал выглядеть вполне сносно. Жабка использовал зеркальце и скопировал образ Тима.

— Виктор Игоревич, какого чёрта эта квакша едет на экскурсию, а я нет? От меня пользы куда больше! — возмутился Тимур.

— Тимурква, ты же про существование Японии узнал минуту назад. На квой чёрт тебе эта эксквурсия? — пародируя Квазара, спросил я.

— Эммм… Ну… Там кормить будут вкусно! Во! — нашелся, что ответить, парень и самодовольно улыбнулся.

— А то у тебя денег нет, чтобы в ресторане поесть? — я хитро прищурился, посмотрев на парня, и потрепал его по волосам.

— Ну чего вы⁈ Причёску испортите! — возмутился Тимур, хотя там причёской и не пахло. Выглядел он как одуванчик. — Да есть, конечно, деньги, но там же халява!

— Держи пятьсот рублей. Считай, что это тоже халява, — хмыкнул я, подкупив парня.

Тимур выхватил купюру и, спрятав её в карман, заявил:

— Маловато будет.

— Квакнечно маловато. Я тебе сейчас чапалах отвешу и будет в самый раз, — сказал подошедший лягух.

— Нет, вы видели⁈ Видели? Земноводное агрессирует! Топай в своё болото, а землю оставь прямоходящим! — заулыбавшись, выпалил Тимур.

— Прямоходящим? Так ты же сутулый, квак собаква, — хохотнул Квазар. — Приходи в зал, я из тебя человеква сделаю.

— Сам ты собака, — обиделся Тимур и направился к реке. — Пойду пописаю в твой пруд. Как полезешь купаться, ты рот пошире разевай. Ай! Убивают! — завизжал парнишка, когда Квазар наигранно попытался его схватить.

— Беги, беги, балабол, — покачал я головой и вопросительно уставился на лягуха, который явно что-то от меня хотел.

— Могу я взять с собой Квакдрицепса? — спросил лягушонок, изображая святую простоту.

— Ты галюциногенных комаров наглотался? Как ты себе это представляешь? Сидим мы на ужине, а у нас козёл по столу скачет?

— Он дрессированный и знаквом с этикветом, — пояснил лягух.

— Квазар, не забивай мне голову. И не заставляй жалеть о том что я беру тебя с собой. Никаких животных — значит, вообще никаких. Понимаешь?

— Понимаю, но…

— Топай отсюда, а то я тебя из антропоморфной жабы переквалифицирую в жабу обыкновенную. В итоге останешься Дубровку сторожить.

— Жестокво, но справедливо, — пожал плечами лягух и ушел.

Ещё утром со мной связался человек императора Муцухито и сообщил что он ждёт нас в Иркутске. Император был столь любезен, что послал доверенное лицо для того, чтобы тот открыл нам портал на дворцовую площадь. Признаться честно, я был польщён. Не каждый день императоры о тебе заботятся.

Осмотрев шайку делегатов, я удовлетворённо кивнул. За время ожидания китель Оды немного поправили, перешив его на Японский манер. Цвета и ткань остались те же, но теперь костюм больше походил на кимоно. Ода в нём двигался намного увереннее и, судя по физиономии, был чертовски доволен обновкой.

Девчонки тоже прихорошились и, видимо, решили взять платья в одинаковой расцветки небесного цвета. Правда они слегка промахнулись с выбором, и платья их больше подошли бы для визита в Китай. Приталенная форма, с разрезом до колена по бокам платья. В таком наряде можно было одинаково комфортно как танцевать, так и наносить удары ногами.