Книга Не грози Дубровскому! Том ХI, страница 120 – Антон Панарин

— Как быстро распространяются слухи. Ужас. Артём Алексеевич, давайте закончим этот фарс. Сразу говорите, что вам от меня нужно?

— Перейти сразу к делу? Это можно. Признаться, я и сам не любитель вот этих вот предварительных ласк. Предлагаю встретиться на вашей территории, нужно кое-что обсудить.

— А это кое-что нужно вам или мне? — спросил я пытаясь понять, послать его нахрен сразу или при встрече.

— Думаю, это кое-что пойдёт нам обоим на пользу.

— Интригующе. Что ж. Записывайте адрес. Иркутск, клуб Фьёрентина. Сегодня в шесть буду вас ждать и попрошу не опаздывать.

— Опаздывают лишь кретины, не знающие ценности времени. Я буду вовремя.

Бивнев положил трубку, оставив меня в задумчивости. Какого чёрта ему нужно? Встреча? О чём нам говорить? Кстати, Хрущева отказалась от гонки за министерское кресло. Возможно, он так напуган, что тоже желает завершить соревнование? Ладно, очень скоро я всё узнаю.

* * *

Москва.

Воробьёвы горы.

Тополев Никита Юрьевич вёл под руку свою любимую жену Настасью Климовну. Впервые за долгое время они сумели вырваться из городской суеты, чтобы насладиться обществом друг друга. Огромный парк, сладкая вата и праздные разговоры, под перезвон мелодичного пения птиц.

Никита Юрьевич подставил лицо солнцу и радовался тому, что опасность позади. Тесть поправился и вернулся к работе. Император выделил охрану для сопровождения министра и его близких.

Прямо сейчас параллельно влюблённой парочке шли три статных мужчины, одетых по-граждански, и делали вид, что просто гуляют. Работали они профессионально, да так, что Настасья до сих пор не поняла, что за ними приглядывают.

Тополев сперва был против подобного сопровождения, а после поразмыслил и понял, что лучше так, чем подвергнуть свою суженную риску. Помимо охраны, приставленной императором, поблизости были и гвардейцы Тополева. Немного, всего шесть человек. Но им он доверял больше, чем себе самому. Надёжные люди, проверенные в боях.

Настасья улыбалась. Шутила, дурачилась. Как будто совсем недавно на её отца никто и не совершал покушения вовсе. А может, это защитный механизм психики? Отгородил от плохих воспоминаний и… Но оказалось, что ничто не забыто. Размышления Тополева прервала молодая жена. Сперва с её лица слетела улыбка, а после она спросила:

— Никит, а правда что Дубровский спас моего отца?

— Да, чистейшая правда. А что?

— Да нет, ничего. Просто некрасиво получается. Ведь мы так и не отплатили ему за помощь. Давай позовём его к нам в гости? Накроем стол, ты принесёшь бутылку того сорокалетнего вина из Франции. А ещё… — договорить Настасья не успела, так как Никита Юрьевич заткнул её рот поцелуем.

— Ты знаешь, что я тебя люблю? — спросил он, заглянув ей в глаза.

— Я тоже тебя люблю, — растаяла Настасья. — Так что скажешь? Позовём его?

— Скажу… — Никита Юрьевич напрягся, не обнаружив рядом троицу, охранявшую их.

Резко развернувшись, он услышал тихие шаги за спиной, а в следующую секунду в голове загудело. Боль разлилась по виску. Тополев упал на асфальт, чувствуя, как по коже сочится кровь. Всё, что он слышал, так это биение собственного сердца и крики Настасьи, которую силой заталкивали в подъехавшую машину.

— Стойте… — прохрипел Тополев, силясь подняться с земли, но тело не слушалось его. — Настасья…