Книга Не грози Дубровскому! Том IX, страница 18 – Антон Панарин

Да, выйдет затратно. Да, за неделю я лишусь миллиона рублей, может больше. Но это позволит окутать слухами весь высший свет, что обеспечит меня клиентами на многие годы вперёд. Спасибо Злате, она отлично подобрала персонал, а Евдакия разработала программу лечения для высокопоставленных гостей. Всё пройдёт гладко.

* * *

Бийск.

Илья Огнёв прибыл в город на рассвете. Начальник гвардии, отправился собирать эту самую гвардию, а Илья решил не сидеть без дела и наведался в гости к бывшему вассалу рода Огнёвых. Хотя почему бывшему? Глава рода конечно мёртв, но от вассальной клятвы Канарейкина никто не освобождал.

На горизонте показался двухэтажный особняк обнесённый высоким забором. Канарейкин жил скромно, а точнее по средствам. Его род был богат, но страдал паранойей. В свете чего тратил всё заработанное на содержание маленькой армии, состоящей из двадцати тысяч человек. Род Канарейкиных никогда не участвовал в родовых войнах, возможно по причине раздутого силового блока.

Огнёв остановился в двух метрах от калитки и потянулся к мане. Из земли вылезла огромная фигура сшитая из кусков тел людей и тварей изнанки. Чудовище размахнулось и ударило огромным кулаком в стальную дверь. Удар вышел знатный, калитку сорвало с петель и она с гулом полетела вглубь двора.

— Тук-тук. — Улыбнувшись сказал Илья, отозвал чудовище и подволакивая ногу направился ко входу в особняк.

Не успел Илья пройти даже половину пути, как вдруг его окружили гвардейцы рода Канарейкиных. Одетые в пёструю форму, они выглядели как попугаи. Эта мысль позабавила Илью, но смеяться он не стал. Сложно веселиться когда в твоё горло упирается острая сталь.

— Убери эту зубочистку, а то поранишься. — Сухо сказал Огнёв просверлив взглядом рослого гвардейца покрытого шрамами.

— Только рыпнись и я вскрою тебе глотку. — Прорычал гвардеец.

— Что происходит⁈ — Послышался звонкий голос.

Со ступеней слетела подтянутая фигура главы рода. Семён Парфирьевич Канарейкин был не только параноиком, но по совместительству являлся вокалистом одного из имперских оперных театров. Правда это было давно. Тем не менее его голос по-прежнему остался звучным и мелодичным.

— Здравствуй Семён Парфирьевич. — Скривился Илья, пытаясь, выдавить из себя улыбку. — Убери, пожалуйста, своих макак. К тебе в гости пришли сыновья рода Огнёвых. Надеюсь ты не забыл, о клятве верности?

— Илья? — Нахмурился глава рода с трудом узнав в уродце сына своего друга.

— Он самый. — Хмыкнул Огнёв и покачал головой глядя в пустоту из которой ему что-то рассказывал умерший брат.

— Константин. Он со мой. Снимите оцепление и поставьте дверь на место. — Распорядился Канарейкин и указал рукой на поместье. — Прошу, будь моим гостем. — Хозяин поместья положил руку на спину Огнёва и указал в сторону особняка. — Я слышал вести что ты погиб во время учёбы в академии. Какое счастье, что это всего лишь слухи.

— Слухи не врали. Я действительно умер и не один раз. — Хрипло прокаркал Огнёв и пошел ко входу, подволакивая ногу. — Печально что родители скончались так и не увидев, как я делаю наш род великим.

— Соболезную. Это такое горе. — С чувством в голосе сказал Канарейкин, но было заметно что он фальшивит. — Когда я узнал об этом, то сразу же решил приехать на похороны. Но, к сожалению, дела не позволили. Сам понимаешь.