Книга Не грози Дубровскому! Том VII, страница 93 – Антон Панарин

— Да, да. Сейчас. — Я сделал вид, что роюсь в карманах, но была проблема, в проклятом скафандре не было ни единого кармана.

— Что вы делаете? — Недоумевая спросил контролёр и возмущённо добавил. — И почему вы в шлеме? Это нарушение правил. Немедленно снимите его.

— Прошу прощения. Я видимо выронил билет при посадке. А шлем не могу снять, моя дочка разрисовала меня карандашами, и я выгляжу как клоун. Понимаете? — Придумал я на ходу.

— Что значит выронили билет? — Сердито переспросил контролёр и нажав кнопку на груди добавил. — Фогель, у нас безбилетник. Высаживаем на следующей. Вызови полицию, пусть оформят его.

Послышалось шипение и в ответ контролёру сказали: «Принял, сейчас пришлю охрану и вышвырнем его из вагона.».

— Уважаемый. Ну бросьте. Зачем эти сложности? Я на следующей станции куплю новый билет, и проблема будет решена. Договорились? — Попытался я найти компромисс.

— С полицией будешь договариваться. — Недовольно буркнул кондуктор, и посмотрев на мой скафандр срисовал номер, указанный на груди.

Проклятье. Разговаривать с местными полицаями у меня нет ни малейшего желания. Мне и в империи хватило общения со стражами правопорядка. До сих пор чувствую тюремный аромат. Может вырубить его? План хороший, но чем это поможет? На табло впереди меня бежал отсчёт. Ещё пять минут и мы остановимся на следующей станции. Сука…

— Уважаемый, кажется, я нашел билет. — Сказал я, вставая с кресла.

— Ну наконец то. Нельзя же быть таким безалаберным. — Возмущённо фыркнул контролёр, выпуская меня в проход.

Но билета у меня конечно же не было. Зато у меня была мана и излюбленные шипастые лозы, которые тут же захлестнули шею кондуктора вызвав истеричный визг дамы, сидящей впереди. Шипы пронзили кожу кондуктора из-за чего он скривился от боли.

— Вот мой билет. И еду я до конечной. — Прошипел я в ухо кондуктору и толкнул его вперёд. — Топай к вагону машинистов.

Кондуктора трясло от страха, но этот ублюдок успел нажать кнопку на своём скафандре и прохрипеть «на помощь…». Правда с той стороны его не поняли.

«Повтори ещё раз! Плохо слышно. Всё хрипит, не могу разобрать.».

Я затянул лозы немного туже. С трудом он мог дышать, а вот говорить уже нет. Пройдя через весь вагон, я так и не встретил сопротивления. Пассажиры в ужасе вжимались в свои кресла и провожали нас взглядом надеясь, что их шеи не передавит зелёный жгут.

Мы успели пройти три вагона и всё это время динамик в скафандре кондуктора голосил «Ответь, тебя неслышно! Всё в порядке?». Когда открылись двери в четвёртый вагон я нос к носу столкнулся с охранниками, отправленными на помощь кондуктору.

Два мощных мужика сжимали в руках искрящиеся дубинки. Но применить их они не сумели. Я толкнул на них кондуктора, а после связал эту троицу лозами. Охрана тут же начала голосить, прося пассажиров вызвать национальную гвардию. Но все были слишком напуганы чтобы куда-то звонить.

Я посмотрел на табло и увидел, что до прибытия на новую станцию осталось полторы минуты. Твою мать! Накинув покров маны и усиление Урфина я на запредельной скорости рванул к вагону машинистов вышибая двери на своём пути.

Первый вагон, второй, пятый, десятый. На табло остаётся пятьдесят секунд, и я ударом ноги срываю с петель дверь машинистов. Два перепуганных мужика раскрыв рты, смотрят на меня. А через секунду один из них собирается дёрнуть рычаг. Готов спорить что это был стоп-кран.