Книга Не грози Дубровскому! Том VII, страница 92 – Антон Панарин

* * *

Обойдя город вдоль и поперёк, я наконец то нашел вывеску «Метро». Вывеска указывала на лестницу, ведущую под землю. Спустившись на пару пролётов, я упёрся в широкую стальную дверь, которая тут же отъехала в сторону. Пройдя обработку, меня запустили в это самое «метро».

На станции активно шла загрузка в подъехавший поезд. Десятки людей держа шлемы подмышкой, заходили в вагоны и не спеша занимали свободные места. С виду поезд хоть и выглядел куда агрессивнее тех, что были в империи, но суть оставалась той же. Куча вагонов с тамбурами, и в голове поезда расположились машинисты.

На стене висела карта движения поезда, к которой я сразу же направился. Оказалось, что под всем континентом прорыты железнодорожные ветки в виде перевёрнутой восьмёрки. Откуда не начинай движение, ты неминуемо проедешь через центральную точку под названием «Колыбель Ферраза».

От изучения карты меня отвлёк захрипевший динамик на стене:

«Уважаемые пассажиры, состав отправляется через одну минуту. Следующая остановка Фабрика гусеничной техники.».

После этих слов я поторопился запрыгнуть в вагон. Твою мать. Неужели всё пройдёт так гладко? Просто буду шляться в скафандре, а Фозотовцы сами довезут меня прямиком в логово своего божественного зверя? Что ж, если так, то я исполню их мечту о мире невероятно быстро.

Войдя в вагон, я забился в самый дальний угол, где никто не сидел и скрестив руки на груди уставился в окно. Двери закрылись, после чего состав зашипев сорвался с места набирав какую-то немыслимую скорость. Проклятье, да даже Клювику пришлось бы постараться, чтобы составить конкуренцию этой железяке.

Впереди меня сидела семейная пара и мило ворковала:

— Любимый, неужели мы и правда едем на курорт Фэймара? — Восторженно выпалила бледная как смерть девушка.

— Конечно. Ведь у нас медовый месяц. Я хочу, чтобы он запомнился нам на всю жизнь. — Ответил её муж и девушка тут же положила ему голову на плечо.

Да… Медовый месяц вы точно запомните навсегда. Ведь сегодня я прикончу вашего божественного зверя. Думаю, после этого объявят общенациональный траур. Но после вы будете рады случившемуся.

Внезапно чернота тоннеля закончилась, и мы поднялись на поверхность. Туман, туман и ещё раз туман. Минутой назад была чернота, сменяемая светом ламп, а теперь сплошная зелень. Я сложил руки на груди и бессмысленно уставился на туман.

Спустя десять минут пути мы сделали остановку на фабрике. Она сияла тысячами огней. В небо вырывались струи зелёного пламени, а люди из состава не спеша поплелись на работу. Фабрика была гигантской. Если взять мою фармацевтическую фабрику и увеличить в десять раз, то даже так она окажется меньшего размера.

Насладиться зрелищем мне не дали. Состав снова тронулся, и мы поехали дальше. Пялиться на туман не было никакого интереса, и я откровенно заскучал. А до колыбели Ферраза нам оставалось ехать целых три часа. Глаза сами собой начали закрываться, и я услышал мужской голос:

— Контроль на линии. Всем приготовить билеты. — Сказал дядька с хлипкой бородёнкой и родинкой у переносицы.

Мне «повезло», ведь голос контролёра был совсем близко. А если точнее, то он только что вышел из дверей, находившихся позади моего кресла. Сделав пару шагов, он уставился на меня.

— Ваш билет.