Книга Не грози Дубровскому! Том VII, страница 60 – Антон Панарин

— Это не займёт много времени. К тому же это не просьба… — Многозначительно пояснил собеседник и затих.

— Чёрт с вами. Скоро буду. — Сказал я и положил трубку.

Как хорошо, что у меня есть портальный камень и можно не спешить. Я оторвал Юлию от безусловно приятного для меня процесса, и усадил на себя сверху. Она скакала, задыхаясь от восторга, а через какое-то время рухнула рядом без сил.

— Надеюсь ты скоро вернёшься. — Прошептала она, стрельнув глазками.

— И я надеюсь. — Устало выдохнул я.

Приняв душ, я быстро надел деловой костюм и переместился в управление истребителей. На портальной платформе меня ждал Трифонов.

— Виктор Игоревич, приветствую. Ну что родной? Долго запрягали и вот приехали. — Он не весело ухмыльнулся и продолжил. — В моём кабинете два человека. Менталист и комиссар по расследованию особо важных дел. Как понимаешь исчезновение артефакта божественного уровня и есть особо важное дело.

— Вадим Иннокентьевич, не переживайте, всё будет хорошо. Просто поговорим и меня отпустят.

— Твои слова да богу в уши. — Задумчиво проговорил Трифонов.

— Какому именно богу?

— Хе! Да любому который сможет помочь. Там серьёзные люди Виктор. В случае чего шутить не станут.

— Ну вот и славно. Я шутить тоже не намерен. Идём? — Спросил я поправив ворот рубашки.

— Поражаюсь я твоему хладнокровию. — Хмыкнул Трифонов. — Ну идём, если готов.

— Перед смертью не надышишься. — Коротко бросил я и мы направились к его кабинету.

Трифонов остановился у двери и выдохнув постучал.

— Разрешите?

— Да Вадим Иннокентьевич, можете входить. — Послышался хриплый голос.

— Да я это, тут постою. Виктор, заходи. — Сказал Трифонов и подтолкнул меня внутрь.

В кабинете в коем то веки не воняло куревом. Дорогой парфюм щекотал ноздри, и обладательница этих духов первой попала мне на глаза. Дама лет сорока, в красном деловом костюме с погонами. Было бы забавно если бы она оказалась комиссаром по особо важным делам. Но нет, комиссар сидел рядом.

Пятидесятилетний мужчина, часть лица опалена и покрыта шрамами от ожогов. Слеп на левый глаз, а вот правый колючий, смотрит прямо в душу. Да и на погонах у него было на две звезды больше, чем у дамы.

— Виктор Игоревич, присаживайтесь. — Сказал одноглазый указав на кресло напротив стола. — Меня зовут Владимир Михайлович, а это Галина Алексеевна. Мы из отдела внутренних расследований. По телефону я уже рассказал нашу цель визита, поэтому приступим к делу.

— Владимир Михайлович, полагаю, вы уже читали мой рапорт. Ничего нового я вам не смогу рассказать.

— Рассказать да, а вот показать сможете. — Ухмыльнулся комиссар и встал из-за стола. — Галина Алексеевна, прошу, приступайте.

Женщина поднялась с кресла, поправила юбку и подойдя ко мне сказала:

— Виктор Игоревич, я менталист и сейчас подключусь к вашим воспоминаниям. Правда это будет не совсем стандартное чтение памяти. Мы разделим воспоминания на троих. Их увидите вы, я и Владимир Михайлович. Если вы не против, то я начинаю.

Галина Алексеевна положила мне на лоб шершавую прохладную ладонь, а вторую протянула комиссару. Я собирался дать ей ответ, но внезапно перед глазами пронеслись ужасные события времён сражения с Игдрой.

Кровь, изменённые твари, смерть и разложение. Я всё это видел ранее, но по новой окунуться в эти воспоминания было неприятно. Радовало только то, что Грувдарг стёр все эпизоды разговоров с Игдрой, иначе я бы снова отправился в зал суда как иномирный вторженец.