Книга Лягушонок для Миллионера, страница 83 – Юлия Рябинина

— Папа, — еле различимое срывается с его губ и мое сердце обрывается, ускользает в пятки.

Черт бы его побрал! Мне аж дышать трудно стало.

Я только открываю рот, чтобы хоть что-то ответить, когда Гришка снова закрывает глаза и громко начинает сопеть. Цепляется за мой палец, сжимает его своей крохотной ручонкой. Улыбаюсь.

— Я люблю тебя, — говорю и сам не знаю, почему я это сказал.

Просто захотелось.

Может, от безысходности? Может потому что хотел бы сказать это Ане?!

Я направляюсь к лифту, но сам не могу оторвать взгляд от лица мальчишки, оно очень чистое, без единой ма-аленькой морщиночки. Малыш продолжает сладко посапывать, причмокивая во сне пухлыми губками.

Открываю дверь, а на пороге меня уже встречает Надежда Ивановна.

— Я уже вас заждалась, — ласково улыбается женщина, протягивает руки, чтобы забрать малыша. — Я ему постелила в гостевой. Лучше будет когда он проснется, оказаться в знакомой обстановке. Пусть мамочки пока и не будет рядом. Зато все остальное будет знакомо.

Надежда Ивановна уносит Гришку, а у меня такое ощущение, что с ним уходит и мое спокойствие. На душе тут же становится одиноко и пусто.

Скидываю обувь, направляюсь в кухню. Останавливаюсь возле бара, где стоят бутылки с виски, но спустя несколько минут созерцания бутылей с алкоголем приходит понимание того, что пить совершенно не хочется. Закрываю бар и подойдя к холодильнику достаю минералку. Наливаю ее в стакан.

Невольно взгляд обращается к окну: там начинает накрапывать дождь.

Гадкая погода, и на душе так же гадко.

— Я его уложила, Владимир Романович, — раздается за спиной голос домработницы, а я не ожидая его услышать резко разворачиваюсь, задеваю минералку и та с грохотом падает на пол.

— Черт! — шиплю.

— Я все уберу, — тут же спохватывается женщина.

— Я сам, — останавливаю домработницу.

— Как там, Аня? — вдруг чувствую сжимающие мое предплечье, пальцы женщины.

— Пока рано о чем-либо говорить, — сухо отвечаю ей.

— Я рада, что вы забрали Гришу, Роман Владимирович. Спасибо вам. Ребенку рядом с отцом не место, — на последних словах ее голос срывается и в нем слышны плаксивые нотки. — Не отдавайте его отцу. Он не достоин иметь детей.

— Не волнуйтесь. Мы никому не отдадим мальчика, — обещаю ей.

Женщина благодарно кивает, еле сдерживая слезы.

— Идите. Я сам все сделаю, — подталкиваю женщину к выходу.

* * *

Я принимаю в душ. Переодеваюсь и падаю на кровать без сил. Но стоит закрыть глаза, как передо мной появляется Аня, та, что сейчас лежит на больничной койке. На грани жизни и смерти. Дыхание учащается. Пульс словно сходит с ума. Я резко встаю на кровати.

Дождь за окном усиливается, слышны раскаты грома. Твою мать! Мне не уснуть.

… Кулаки чешутся начистить лицо этому отморозку.

В бессилии сжимаю их и разжимаю. Злость не поможет скинуть напряжение, а только усилит его. Разрушит меня. А мне сейчас нельзя. Я нужен Гришке. Нужен Ане. О них некому позаботиться кроме меня.

Встаю с кровати. Бесшумно передвигаясь по квартире, заглядываю в гостевую спальню. Гриша мирно спит и даже кажется что его совсем ничего не тревожит в отличие от меня.

Я вдруг глядя на пацана начинаю осознавать, что совершенно не знаю как заботится о ребенке? Какой у него вообще режим? Какие ему нравятся мультики?