Книга Я (не) прощу тебя. Измена мужа, страница 58 – Юлия Рябинина

— Аркадий Романович, если вы сейчас же не отпустите меня, я закричу, – иду на крайние меры. – Громко.

— Ксюш, у тебя один зрачок не реагирует на свет, – слишком серьезно отвечает мужчина.

— Что за бред, Аркадий Романович? Я, конечно, далека от медицины, но подобного еще не слышала ни разу.

Подвергаю критике слова мужчины. Он явно издевается надо мной?! И мне это уже осточертело.

Передергиваю плечами в попытке сбросить с себя руки мужчины. Но все бесполезно.

Мы слишком быстро оказываемся у выхода. Но перед тем, как сделать последний шаг, Аркадий подводит меня к большому зеркалу. Боже! Зачем он это сделал? Я тут же залилась краской и мне стало неловко от того, насколько жалкой и ничтожной я смотрюсь на его фоне.

— Что вы от меня хотите? Я не понимаю? – обращаюсь к мужчине, пропитанным жалостливыми нотками голосом.

Аркадий вплотную двигает нас к зеркалу:

— Ксюш, на глаза посмотри, – нетерпеливо указывает мужчина.

Это была последняя капля, которая переполнила чашу моего благоразумия, потому что стоило мне увидеть в своем отражении то, про что говорил мужчина, моя нервная система не выдержала. Слезы ручьями полились по щекам.

— Боже мой? Что это?

Аркадий меня не обманул. Я со страхом смотрела в свое отражение, где один зрачок был сильно расширен, практически полностью закрывая радужку, в то время как размер второго был чуть больше маленькой бусины.

— Ксюша, – Аркадий повернул меня к себе, обнял за плечи, второй рукой приподнял подбородок, заглянул в глаза. – Послушай. Мы сейчас быстро доедем до Семена, и он все исправит. Ты только не плачь. Пожалуйста.

Его пальцы скользят по моим щекам, стирая влажные дорожки.

— А вдруг это так и останется? Вдруг это какая-то неизлечимая болезнь?

От подобных мыслей, атакующих мой незащищенный мозг, мне становится дурно. Я уже почти вижу, каким недолгим остается мой путь. И как же болит душа оттого, что Кирочка моя остается одна без отца, без матери, а ребенок, он даже не успеет родиться…

Судорожный стон срывается с губ и я, уткнувшись в плечо Аркадия, разрыдалась в голос.

— Боже! – выдыхает мужчина и…

Внезапно подхватив меня под спину и колени, поднимает на руки.

У меня перехватывает дыхание. Машинально обнимаю Аркадия за шею, срабатывает инстинкт самосохранения и в тот же миг мной овладевает сильное смущение. Рыдание застревает в горле. До сегодняшнего дня меня еще ни один мужчина, кроме мужа, не носил на руках. Волнение захлестнуло с головой. Волнение и стыд. Потому как до меня уже в последние секунды после того, как мы оказываемся на улице, доходит, что всю эту сцену наблюдали как минимум десяток человек. И не сложно теперь представить, сколько фото они сделали и сколько будет их гулять по сети.

И все бы ничего, если бы не одно «но»: их увидит Игнат, его родители, друзья.

Да все это увидят, потому что ни одна уважающая себя газетенка не упустит такой новости, как написать статью о том, как Аркадий Озимков, сын миллиардера, который входит в пятерку самых богатых людей нашей столице, таскает на руках какую-то женщину, а уж если присмотреться, какую именно, скандал обеспечен.

И пока меня одолевают скверные мысли, Аркадий подходит к машине. Отпускает меня. – Ксюш, ну, ты как? – с тревогой заглядывает мне в лицо.

— Плохо, – отвечаю честно, облокачиваюсь на машину.