Книга Я (не) прощу тебя. Измена мужа, страница 32 – Юлия Рябинина

В какой-то момент, сквозь вьющийся рой мыслей в голове, я вдруг понимаю, что мы едем не в загс. Тревожные колокольчики нарастающим звоном отзываются в груди, заставляя сердце биться быстрее, беспокойнее.

Резко выключаю звук. Поворачиваюсь к мужу лицом.

— Ты куда меня везешь? – вцепилась в сумку потными руками, нервы сдавали.

Лицо мужа искажает ухмылка. Он глянул на меня:

— Мы едем в суд. Ты считаешь меня круглым болваном? Думаешь, я идиот и не понимаю, что в гребаном загсе нас не разведут?

Каждое его слово было наполнено цинизмом и жестокостью.

И я вдруг неожиданно прозрела. Поняла, для чего Игнат вчера забрал Киру. Я его недооценила. Даже в мыслях не могла представить, насколько Игнат может быть расчетливым. Ни один из его поступков нельзя было назвать необдуманным или импульсивным. В каждом его действии был холодный расчет.

— Игнат. Я не думала об этом…

— Врешь. Не прикидывайся. Я не настолько ослеплен, чтобы не увидеть какая ты подлая. Насквозь пропитанная обманом.

В глазах мужа не было ни капли жалости, только ярость пылала.

— Игнат, – я бессознательно тяну руку к его предплечью, чтобы дотронуться, почувствовать для себя, что он настоящий, и мне это не снится – этот монстр в человеческом обличье.

Но муж дергает плечом, словно сбрасывает с себя мое фантомное прикосновение.

— Не прикасайся, – обрывает меня и резко влетает в поворот, притормаживает, подъезжая к зданию суда, останавливается.

— Ну что, долго еще будешь из себя статую изображать? Пошли. Люди ждут.

Игнат грубо толкнул меня в спину. Запутавшись в ногах, чуть носом не пропахала асфальт.

— Совсем с головой плохо? – схватившись за перила руками, смогла удержаться.

— Зачем ты этот цирк устраиваешь? Зачем усложняешь?

Игнат раздраженно хлопает дверью. И, обойдя меня, встает на несколько ступенек ниже. Так, чтобы наши глаза были на одном уровне.

— Чего добиваешься? Ты же понимаешь, что ни о каком разделе имущества и речи не может идти. Ты уйдешь с тем, что у тебя было, когда мы поженились.

— Я?! – округляю глаза. – Игнат. Мне кажется, ты не отдаешь отчет своим действиям. О каком имуществе ты говоришь?

— Вот именно, детка. Ни о каком. А если будешь кривляться или валять дурака, мы еще можем поговорить о той квартире, за которую твоя мать платит ипотеку. Из моего кармана. Ведь это так?!

— Нет! Нет, это неправда, – отрицательно качаю головой. – Ты же знаешь, что мама продала бабушкину квартиру и взяла ипотеку. И это ты предложил маме переехать к нам и помогать мне с Кирой. Ты обещал маме платить за ипотеку. Разве нет?!

Моему возмущению не было предела.

— Ну, так в чем я не прав сейчас, Ксения? А?

Губы мужа искривляются в циничной ухмылке.

Резко поднимаю руку для удара, но в последний момент Игнат перехватывает мою ладонь. До хруста в суставах сжимает пальцы. Дергает на себя.

— Не делай больше так никогда, – рычит.

— Отпусти, мне больно, – шиплю.

Но Игнат давит только сильнее.

— Ксения. Не будь дурой. Не играй со мной. А уж воевать и вовсе не советую. У меня была целая неделя для того, чтобы во всем разобраться и… проверить тебя.

— Хорошая у тебя проверка получилась, Игнат, – отзываюсь, и в голосе слышны плаксивые нотки. Черт побери. Еще этого мне не хватало. – Оболгать. Втоптать в грязь – это твоя проверка? Но, ладно, еще бы про меня и моих несуществующих любовников мне рассказал, но то, что Кира не твоя дочь – это чушь! Как тебе вообще могло такое в голову прийти?!