Книга Нарушая тишину, страница 20 – Юлия Рябинина

Алинка. Зависимая от меня. Я это знаю и нещадно пользуюсь ею. Знаю, подло, но удержаться трудно. Девчонки — они такие слабые, когда любят. И Алина такая же. Что бы ни сказал, что бы ни попросил, все сделает. И она меня бесит этим. Она вбила себе в голову, что я — ее все, и поделать с этим ничего не можем. Даже отец смирился с тем, что девушка в будущем станет его невесткой. Хотя я в этом не уверен. Зачем мне нужна та, у которой нет своего мнения? Которая готова на все ради того, чтобы быть со мной?

И опять в голове появляется она, девчонка из лифта. А она бы смогла в меня так же влюбиться, как Алинка? Хотя… зачем мне это?!

Поджимаю губы.

— Дочка, будь осторожна, — напутствует меня папа, я обнимаю его в ответ, крепко целую в щеку.

— Обязательно, папуль. Я сделаю все для этого, — клятвенно обещаю. — Буду звонить тебе каждый день.

Папа крепко прижимает меня к себе, а у меня слезы на глаза наворачиваются. Но я их сглатываю. Не хватало еще мокроту разводить перед папой.

Я выхожу из его комнаты, напоследок дарю воздушный поцелуй. Папа ловит его ладонью, прижимает к сердцу. Шепчет одними губами «люблю», я отвечаю тем же и закрываю дверь.

Дашка ждет в коридоре.

— Ты уверена, что нужно ехать? — стоит, опершись плечом о стену, смотрит подозрительно.

— Это моя работа, Дашуль, — улыбаюсь ей. — Ты за меня не переживай. Главное, за папой приглядывай. Не бросай его.

Достаю пухлый конверт. Отдаю ей.

— Здесь вам должно хватить на все. Побалуй и себя, и папу. Не обижай его.

— Хватит уже! — с раздражением цокает языком. — Чего ноешь?

Забирает конверт, сует под мышку.

— Прости, Даш, я нервничаю. Просто представляю, как тебе без меня тяжело будет, — оправдываюсь.

— Если не хочешь уезжать, то как раз самое время потянуть резину, — она демонстративно показывает на часы, и я в ужасе начинаю лихорадочно собираться.

— Все. Все. Даша, если что — звони. Я всегда на связи, — торопливо говорю и выбегаю с чемоданом наперевес в подъезд.

Жму кнопку лифта.

— Я как прилечу, позвоню, — обещаю сестре, которая стоит в дверях.

— Молнию на брюках застегни, — кивает на ширинку.

— Что? — я машинально тянусь к месту, куда указала Дашка. Черт! Ширинка и правда расстегнута. Меня бросает в жар. Вот растяпа! Хорошо, что это заметила Даша.

— Спасибо, — киваю ей и захожу в кабинку.

Двери лифта закрываются. Кабина дергается и медленно ползет вниз.

Я сильно волнуюсь. В памяти то и дело всплывает образ парня. И я до сих пор не могу себе представить нашу встречу, а уж про то, что нам предстоит провести около недели вместе… Ух! У меня на затылке волосы шевелятся.

Выхожу из подъезда, и — слава Богу! — такси уже на месте.

Водитель помогает погрузить чемодан в багажник, и я, усевшись на заднее сиденье, бросаю напоследок прощальный взгляд на окна нашей квартиры, вижу там Дашку. Она, скупо улыбаясь, машет мне рукой. На глаза наворачиваются слезы. Здесь остается моя семья, и от этого не хочется уезжать, но и отказать Степану Геннадьевичу я не имею права: работа есть работа.

Такси трогается, и уже через несколько секунд Дашка пропадает из виду. Я откидываюсь на спинку сиденья. Достаю телефон. Среди непрочитанных в приложении WhatsApp вижу сообщение от босса. Открываю. В нем сказано, что на входе в аэропорт меня встретят. В ответ пишу короткое «спасибо». И, отложив телефон, достаю конспекты с китайскими иероглифами.