Книга Избранная для Драконов, страница 47 – Юлия Рябинина

— Ты что, сука мелкая, решила меня обломать?! – утробный рык сотряс воздух. – Расслабь свою чертову дырку, она у тебя ничем не отличается от других.

Пораженная до самой глубины души такими словами, Эль на миг отрешилась от реальности и, запрокинув голову, уставилась в потолок, позволяя графу рвать ее сокровенное местечко.

Он ведь прав отчасти. Она же сама к нему пришла, что же теперь рыдать-то.

Девушка лихорадочно перебирала уроки в голове, вспоминая простенькие заклинания, чтобы заглушить боль. Но на ум приходили лишь те, которыми заговаривали порезы и ушибы.

— Матерь Всемогущих! – со свистом выдохнула Эль, и спина выгнулась дугой, пронзая позвоночник острой раскаленной стрелой.

Тело задрожало от напряжения и через несколько секунд, обмякнув, тяжелым кулем растянулось на шелковых черных простынях.

— Чертова сука! – заорал граф.

Эль скорчилась на кровати, будто это не крик, а ведро кипятка на нее вылили. Она закрыла уши и зажмурила глаза в ожидании… а собственно, чего Элизабет ожидала?

— Забрала свое тряпье и свалила отсюда, пока я не передумал, – граф схватил девушку за затылок, больно въевшись пятерней в волосы, и, стащив с кровати, толкнул в сторону двери.

Эль в смятении, от непонимания того, что происходит, уставилась на мужчину, замерла на месте.

— Что уставилась?

— Но я не понимаю, что произошло? – заикаясь, проговорила Элизабет, но и на месте долго не могла оставаться.

Присев на подрагивающих ногах, она собрала испорченную одежду и попятилась к двери.

Граф, развалившись на кровати, не стесняясь свой наготы, зло смотрел на девушку, метая в ее сторону огненные молнии негодования.

— Произошло то, моя хорошая, – не скрывая своей ярости, пророкотал он, – что я благородный, чертовы демоны, и не хочу, чтобы из моего дома увозили разорванную маленькую студенточку.

Эль прижала вещи к груди, стараясь спрятать от графа как можно больше оголенного тела.

— Но… – просипела девушка, – но… как же быть?! Ведь цветок… я, же… могу умереть?! – сглатывая жидкие слюни, проговорила она.

— И не только ты, крошка, – оскалил ровный ряд белоснежных зубов граф, и Эл увидела, как в его глазах мелькнуло золотисто-алое пламя. – А теперь у тебя есть всего несколько минут, чтобы уйти отсюда на своих двоих культяпках, а не на носилках. Вон!

И Элизабет, больше не задерживаясь ни на секунду, пулей вылетела из комнаты и, не заботясь о том, что она голая, бросилась бежать по тому же пути, по которому граф вел ее сюда. Теперь пугающие стены замка ее только подстегивали, заставляя бежать быстрее и не оглядываться назад. В голове все шумело, от чего Элизабет казалось, что дом ожил и пришел в движение. До ее слуха доносились странные звуки, и воспаленный мозг, искривляя полученную внешнюю информацию, превращал ее в устрашающие картины.

— Силы Небесные! Помогите мне все это вынести, – молилась Элизабет, перепрыгивая через несколько ступенек, летела вниз с таким видом, будто за ней гналась нежить из низших миров.

Уже когда Элизабет возле двери натянула на себя испорченные графом вещи, она осознала всю серьезность ситуации, в которой очутилась.

У нее с собой не было ничего. Ведь она не предполагала, что профессор захочет ее куда-то увезти. Она хотела с ним просто поговорить. Но все ее размышления прервал дикий оглушительный рык, прокатившийся вибрационной волной по стенам замка.