Книга Горничная для миллионера, страница 8 – Натали Тимина

— Не пожалуется. Ему я нужна лишь чтобы поиграть. Ты же сама слышала, как он со мной разговаривал, тем более ты была свидетелем ситуации.

— Всё равно надо предупредить папку. Может, он поговорит с ним, чтобы тот от тебя отстал.

— Не загружай своего отца моими проблемами, сам отвяжется. Посмотри, пожалуйста, насколько он у нас заселился?

Женя полистала журнал и вынесла вердикт: семь дней.

— Мне этого мужлана ещё целую неделю терпеть? Чтобы придумать и сделать что-то, чтобы он от нас с Лёшкой отстал? — воскликнула я.

— Я всё-таки поговорю с отцом, — настаивала Женя, — как бы ты ни отнекивалась. Постой за меня: я минут на пятнадцать к отцу, пока он никуда не срулил.

* * *

Алекс.

Чёрт, чёрт, чёрт! Какого хрена мне сносит крышу в присутствии этой девчонки? Почему я не могу держать язык за зубами? Я словно дерзкий подросток, нарвавшийся на такую же особь противоположного пола. И она ведь, зараза, огрызается под стать мне — и не боится моего гнева. И ведь меня она ни капли не злит. Даже тогда, два года назад, она не злила меня, а вот я её очень обидел, если она так кардинально изменила своё тело. И теперь такая, какая есть, — она мне безумно нравится, дико возбуждает.

Сейчас к ней не подступиться так просто, а тогда я смог довести её до слёз. Я слышал, как она рыдала в своей комнате, уйдя из моего номера однажды.

Интересно, кто тот козёл, от которого она родила? Вот бы найти его и покрутить за одно его причинное место, чтобы он стал помогать ребёнку.

— Алло? — ответил я в трубку телефона, звонок которого отвлёк меня от тревожных и возбуждающих мыслей.

— Алекс, ты в отеле? Можешь ко мне в кабинет пройти? — услышал я голос своего друга.

— Да, сейчас буду, Олег.

Я убрал телефон обратно в карман брюк, зашёл в холл отеля и увидел за стойкой ресепшена свою головную боль. Она вздёрнула аккуратный носик и дерзко посмотрела на меня, практически не моргая при этом. Как же я хочу сейчас загрести тебя в свои объятия и зацеловать до полусмерти! Но, увы, не могу себе этого позволить. Не могу! Ты, девочка, не должна в меня влюбиться. Потому что я злой, вредный и, самое главное, старый козёл, как ты сама меня называешь. А ты — ещё совсем ребёнок, который и так уже успел настрадаться в своей жизни.

Оторвав от неё взгляд, я вдруг понял, что падаю спиной вниз, поскользнувшись на только что вымытом полу. Оказавшись на кафеле, я лежал, пытаясь понять, что себе отшиб. Единственное, что болело, — это нога. Голову я, к счастью, успел удержать от удара об кафельный пол. Сев, я увидел, как ко мне подскочила Лина, сразу же стаскивая с моей раненой ноги ботинок и носок, задрав штанину брюк до колена. Она стала осторожно ощупывать ногу, словно что-то в ней ища.

— Ты чего делаешь? — спросил я.

— Проверяю, есть ли перелом.

— Ты что, рентген?

— Почти, — спокойно ответила она. — Пока училась, много практики проходила в травматологии и ни разу не ошиблась, ставя диагноз только при помощи своих рук. А рентген потом подтверждал его. — Лина всё ещё ощупывала мою ногу, наблюдая, видимо, за выражением моего лица. — Перелома нет, но растяжение есть. Уже голеностопный сустав опухать начинает. Сейчас окажу первую помощь, потом поедете в травмпункт.

— И что входит в первую медицинскую помощь? — спросил я, стараясь не морщиться.