Книга Горничная для миллионера, страница 62 – Натали Тимина

— Дело Ваше! — спокойно сказал Алекс. А я тем временем уже заталкивала в духовку форму с манником.

— Не откажетесь от напитков? — спросила я, натягивая милую улыбку.

— Было бы неплохо! — согласились гости.

Я достала из холодильника ягодный морс, который уже был готов и остужался. Разлила его по трём стаканам — по количеству проверяющих — и добавила из морозильника лёд.

— Угощайтесь! — пригласила я, не подавая им стаканы в руки, специально откинув волосы, которые спереди закрывали плечи, пряча повязку на ране. Одна из женщин проверяющих сразу заметила её.

— Что это у Вас? — спросила она, чуть не ткнув пальцем в рану.

— Это? — тихо переспросила я, едва касаясь повязки. — А вы не в курсе? Но как же так… Это ножевая рана, которую мне нанесла моя тётка, та самая, что старается отнять у меня брата. Почему вы до сих пор об этом не знаете? — Я замерла на секунду, чтобы дать словам вес. — А вот это, — продолжила я, слегка оголяя рану Алекса, — пулевое ранение, нанесённое той же самой, которую вы так старательно пытаетесь защищать.

Алекс прижал меня к себе и мягко чмокнул в макушку.

— Тише, не кипятись! — сказал он. — Раз вспомнили про раны, пошли менять повязки.

Мы перешли в гостиную. Тася, по просьбе, принесла аптечку из нашей спальни и стала менять мне повязку. Алекс и гости, поразившись смелости девочки, наблюдали в шоке.

— Почему Вам повязку меняет ребёнок? — снова попыталась встрять одна из проверяющих.

— Во-первых, я не ребёнок! Мне уже пятнадцать, а скоро исполнится шестнадцать. Во-вторых, я планирую учиться в медицинском училище, и мне нужна практика, — ответила уверенно Тася, словно сама заступалась за меня, одновременно заставляя проверяющих замолчать.

Когда моя рана была обработана и надежно забинтована, я взяла за руку Алекса. Он всё ещё пребывал в лёгком шоке от смелости дочери, и проверяющие, заметив кровь на снятой повязке, отвернулись, чтобы не видеть дальнейшие действия.

Лёшка всё это время бегал по первому этажу с шариками, оставшимися со свадьбы, улыбаясь и смеясь. Он явно был доволен жизнью, беззаботен и счастлив, ничто его не тревожило. Я обожала его за эту детскую непосредственность и умение выражать положительные эмоции всем телом.

Управившись с обработкой раны Алекса, я спросила:

— У нас есть вино, чтобы угостить гостей?

— Есть, — ответил Алекс, слегка улыбаясь.

— Вы выпиваете? — тут же отозвалась одна из женщин.

— А по мне это заметно? — подошла я к ней вплотную, чтобы она ощутила, что от меня не исходит запах алкоголя. — Вы же сами сказали, что я была в клубе. И после этого вы почувствовали хоть малейшую нотку перегара или алкоголя?

Женщина замялась, явно не ожидав такой дерзкой реплики. Я при этом слегка улыбнулась, наслаждаясь моментом, ощущая уверенность и контроль над ситуацией. Алекс смотрел на меня с удивлением и гордостью одновременно, а Тася тихо усмехнулась, понимая, что мы держим инициативу.

На этот вопрос мне никто не ответил. Все как по команде опустили глаза в пол. По всей вероятности, их план тихо рушился, но расслабляться было нельзя ни на секунду. Нужно было добивать их снова и снова, чтобы они перестали проверять нас и искать подоплёку во всех наших действиях. И теперь я осознанно понимала: расслабляться больше нельзя — ни на мгновение.