Книга Горничная для миллионера, страница 130 – Натали Тимина

Я сидела, разинув рот, не зная, что делать дальше. Всё внутри будто застыло. Растерянность, злость, ненависть к этому мужчине — к тому, кого я любила всей душой, — переполняли меня. Полное негодование, бессилие и боль обрушились разом. Вот он, тот самый момент, которого я боялась изначально: он выставляет меня из своей жизни, словно ненужную вещь.

И как я теперь — одна, с шестью детьми?

Я медленно поднялась из-за стола, чувствуя, как ноги дрожат, и ушла в комнату к детям. У двери стояла Тася. На её лице застыло полное недоумение, а в глазах блестели слёзы и страх.

— Ты всё слышала? — тихо спросила я.

— Да... Прости. Что ты будешь делать, Лин? — её голос дрожал.

— Переезжать в свою квартиру, — ответила я после короткой паузы, стараясь говорить спокойно, хотя внутри всё клокотало. — Только вот там не хватает кроватей для всех. Я не знаю, как быть...

— Я никогда не видела папу таким! — всхлипнула Тася. — Он какой-то... чужой, будто не он вовсе! Я не хочу, чтобы ты уезжала. Это всё неправильно!

— Тась, — я подошла к ней и погладила по плечу. — Уже ничего не изменить. Я не смогу жить с человеком, который не уважает ни меня, ни себя. Я ведь ничего плохого твоему отцу не сделала, чтобы он так со мной обращался. Если я останусь, то перестану уважать саму себя. А без этого жить невозможно. Поможешь мне с переездом?

— Конечно, помогу! — ответила она, вытирая слёзы. — А можно будет к тебе приходить в гости?

— Естественно, милая! — я улыбнулась сквозь боль. — Ведь со мной уедут твои братья и сёстры. Они будут скучать по тебе, а я — по вам всем. Но, может быть, так даже лучше. Иногда, чтобы спастись, нужно уйти.

Вместе с Тасей мы начали собирать самые необходимые вещи для переезда и перевозить их в мою квартиру. Когда последняя партия была доставлена, включая кроватки «пятерни», я с усталостью накормила детей и начала расставлять вещи по местам, пытаясь хоть как-то навести порядок.

Ночью, когда малыши уже спали в своих кроватках, а Лёшка — на своей старой кровати, которая ещё оставалась от родителей в одной из комнат, я наконец достала телефон из сумочки. Он всё это время стоял на беззвучном режиме. Твою ж дивизию! Больше сотни пропущенных звонков. В основном от Вики.

Я набрала её номер и услышала:

— Ты где? И почему телефон не берёшь?

— Я в своей квартире, — ответила я, стараясь говорить ровно.

— Что ты там делаешь?

— Живу с сегодняшнего дня отдельно от вашей семьи.

— А дети?

— Они вместе со мной.

— Почему?

— Спроси у своего брата, — тихо, с едва заметной дрожью в голосе, ответила я. В этот момент по щекам заструились слёзы отчаяния. Теперь мне придётся учиться строить свою жизнь заново, почти без какой-либо поддержки. Отчаяние, боль, досада от того, что поверила в счастливое будущее. Снова одиночество. Как же это больно… Безумно больно.

Прорыдав всю ночь, я то ли заснула, то ли потеряла сознание прямо на полу, погружённая в хаос своих эмоций. Когда я пришла в себя, то поняла, что нахожусь уже на диване, а рядом сидит Алекс.

— Привет, девочка моя, — нежно произнёс он тем голосом, который я привыкла слышать от него все годы нашего совместного проживания. Но сейчас эти слова вызывали у меня лишь отвращение. — Ну, не смотри ты на меня так! Ты всё неправильно поняла!