Книга Фиктивные. Моя по контракту (1 книга), страница 46 – Юлия Четвергова

— Я тоже пойду. Благодарю за ужин, — спешу ретироваться из-за стола.

Не вижу смысла поддерживать разговор. Я ведь даже не в курсе, про что они!

Да и нужно ли? Особенно учитывая то, что Елена говорила об «апрельских приступах» Егора таким тоном, словно я должна понимать контекст. Но я ведь — ни сном, ни духом!

Чужие семейные драмы мне не интересны. Своих хватает.

Александр кивает, сурово хмуря брови, а Елена растягивает губы в ободряющей улыбке. Как будто, несмотря на то, что нас подозревают в неискренности, я сейчас пойду гладить Егора по голове и варить ему какао.

Разбежалась!

Выхожу из столовой в длинный коридор. Шаги тонут в мёртвой тишине особняка, и я замедляюсь, чтобы перевести дыхание.

Конечно, я подозревала, что у Егора много скелетов в шкафу. Но если что-то так сильно выбивает его из колеи, он должен был хотя бы предупредить меня! Чтобы я была готова!

И как, чёрт возьми, я должна теперь выкручиваться?

Очевидно — идти за Егором, да. Но ведь он видеть меня не захочет в таком состоянии. А охрана точно доложит, если я решу отсидеться в комнате.

Чёрт!

Вот она — ещё одна жирная трещина. Да что там! Весь план Егора начинает трещать по швам.

Впрочем… Какая мне разница?

Если Морозов первым нарушит условия договора или что-то пойдёт не так, не я буду виноватой. А все вытекающие уже расписаны в контракте.

Но, что если…

Что если по его вине я не сумею выполнить условия договора. Если он обвинит меня в провале? Что тогда?

А он ведь может. В его силах… И я ничего не сумею доказать.

И буду должна ещё больше, чем Антону…

Кажется, я подписала договор с дьяволом. Сама захлопнула капкан. Золотой, но от этого не менее безжалостный.

От отчаяния хочется выть в голос. Вцепиться в волосы и осесть прямо посреди широкого коридора.

Но вместо этого я выпрямляю спину и отправляюсь на поиски Егора.

Он обязан мне всё объяснить.

Хотя бы намекнуть!

Иду в сторону лестницы. Поднимаюсь и едва не визжу, ощутив лёгкое касание в области бедра.

— Кербер! — хватаюсь за сердце, резко оборачиваясь. — Зачем так пугать?!

Пёс виновато дёргает бровями. Трусит мимо меня и садится на самом верху лестницы.

— А-у-у, — тянет, словно извиняясь.

— Видел своего хозяина? — спрашиваю без всякой надежды. — Егора, — произношу имя Морозова вслух, припоминая, что собакам свойственно запоминать определённые звуки.

Вдруг поймёт, о ком я?

Кербер не разочаровывает. Заинтересованно склоняет голову на бок. Выражение лавовых глаз меняется. Переминаясь с лапы на лапу он нетерпеливо ждёт, пока я поднимусь. Что в купе с торчащими острыми ушами выглядит угрожающе. И напрочь отбивает желание приближаться к монструозному псу.

— Было бы здорово, если бы ты мог разговаривать, — тяжело вздыхаю, отойдя на два метра от собаки.

Решив первым делом поискать Егора в спальне, разворачиваюсь. Но Кербер, зарычав от досады, начинает громко жаловаться за моей спиной. А после цапает край моей штанины и тянет за собой. Несильно, но настойчиво.

От испуга тело становится ватным. Я застываю, словно восковая кукла, пытаясь выровнять дыхание.

Все животные непредсказуемые. Без резких движений, София!

Выпустив штанину из пасти, Кербер делает несколько шагов в противоположную сторону и останавливается. Смотрит на меня всё с тем же ожиданием. А когда я не спешу следовать за ним, издаёт возмущённое «ар-ваф-ваф» и перебирает лапами, как будто не в силах стоять на месте.