Книга Любовь для Реалиста, страница 94 – Яна Марс

— Пожалуйста, — Вера подняла голову. — Ты какая-то грустная. Папа обидел?

— Нет, — Надя выдавила улыбку. — Всё хорошо.

Она подошла к столу Максима, взяла ручку и лист бумаги. Написала: "Заявление. Прошу предоставить мне отпуск без сохранения заработной платы на три дня по семейным обстоятельствам. Надя Соболева, психолог". Положила лист на середину стола, повернулась и вышла.

В своём кабинете она быстро собрала сумку: ноутбук, блокнот, пару папок с документами, зарядку, фикус — фикус она забрала. Этот фикус, который Оля поливала, прикрываясь заботой. Этот фикус, который она чуть не убила в первый месяц. Она поставила горшок в пакет, взяла сумку, ключи, телефон и вышла.

Охранник на входе удивлённо посмотрел на неё с фикусом, но ничего не спросил.

Надя села в машину, завела двигатель и несколько минут просто сидела, глядя на тёмное здание офиса. В одном окне горел свет — кабинет Максима. Вернулся. Она сжала руль, потом разжала. Хотелось вылететь, забежать, наорать. Но она не сделала этого. Не сейчас.

Она достала телефон и написала Лене: "СОС. Нужно встретиться. Срочно". Лена ответила через минуту: "Ты где?" — "Еду к тебе". — "Жду".

Надя выехала с парковки и влилась в ночной поток машин. Фонари мелькали за окном, дворники скрипели по стеклу, но дождя почти не было — просто сырость. Она смотрела на дорогу и не видела её. Перед глазами всё ещё был экран телефона, переписка, его "спокойной ночи". Его "спокойной ночи", которое она ждала каждый вечер. Его "молодец". Его "вы загадка". И его молчание. Всё это время он знал. Всё это время он был рядом. В офисе, в коридоре, в её мыслях. И молчал.

Она подъехала к дому Лены, припарковалась, взяла сумку, фикус и пошла к подъезду. Лена уже ждала в дверях — в халате, с распущенными волосами, без макияжа.

— Ты чего? — спросила она, увидев Надю. — Что случилось? У тебя лицо… иди в квартиру, я сейчас чай заварю.

Надя зашла, поставила фикус на подоконник, бросила сумку на пол и села на диван. Лена заварила чай, села рядом, обняла её за плечи.

— Рассказывай, — сказала она.

Надя молчала. Смотрела в стену и не знала, с чего начать. С того, что она влюбилась в начальника? С того, что переписывалась с анонимом, который оказался им? С того, что она доверяла ему, а он играл с ней?

— Он — Реалист, — сказала она наконец. Голос был глухим, чужим.

— Кто? — Лена не поняла.

— Максим. Мой начальник. Тот, с парковки. Он — Реалист. Он читал все мои сообщения, знал всё, что я думаю о нём. И молчал.

Лена выругалась.

— Ты уверена?

— Я видела его телефон. Там вся наша переписка.

Лена молчала. Потом сжала её плечо.

— И что ты будешь делать?

— Не знаю, — Надя закрыла глаза. — Я написала заявление на отпуск. На три дня. Мне нужно подумать.

— Думай, — сказала Лена. — А пока — пей чай. И не вздумай плакать. Мы что-нибудь придумаем.

Надя не плакала. Она сидела, глядя в стену, и чувствовала, как внутри пусто. Не злость, не обида — пустота. Она доверяла ему. Доверяла анониму, которого никогда не видела. Доверяла начальнику, чувства к которому оказались взаимными.

И оба оказались одним человеком.

Лена сидела напротив, сжимала кружку с чаем и смотрела на Надю так, будто та была инопланетянкой, которую нужно срочно вернуть на Землю. Надя сидела на диване, поджав под себя ноги, обхватив руками колени, и смотрела в одну точку. Фикус, который она привезла с собой, стоял на подоконнике — Лена уже успела его полить и повернуть к свету, как будто это было самое важное сейчас.