Книга Ты не заслуживаешь любви, страница 80 – Татьяна Катаева

Семь часов, чтобы либо окончательно убедиться, что я сошёл с ума, либо понять, что эта история давно вышла из-под контроля. Я добавляю газу, будто скорость может нагнать ответы, и смотрю на дорогу, не видя её. Асфальт тянется серой лентой, фонари мелькают, а в голове только один вопрос — какого хрена?

Никополь.

Чёртов Никополь.

Город, о котором я никогда не слышал. Город, который не имеет никакого отношения ни ко мне, ни к моей жизни, ни тем более к Полине. И именно там показывает сигнал. Причём серьги не лежат на месте. Кто-то либо носит их в кармане, либо в ушах. Потому что объект всё время движется.

Я прокручиваю варианты снова и снова, но ни один не сходится. Я не знаю, кто мог бы их взять. И если это та девушка с помолвки, то какого хрена она берёт чужие вещи, а потом ещё и в дом мой приходит. Может, она хотела их вернуть? Но зачем? Кто она? Может, какая-то сестра Полины?

Но я всё проверил. Всех родственников, друзей, знакомых.

После кладбища — как по наитию. Будто что-то внутри шептало, что надо проверить. И я дал запрос, хотя два года сознательно не делал этого. Два года не лез в её прошлое, не трогал её семью, не задавал вопросов, на которые боялся получить ответы.

Информация пришла быстро.

После операции мать Наталья и брат Александр остались в Швейцарии. Реабилитация у мелкого. Мать нашла работу. Скромная жизнь без роскоши, но уже с здоровым сыном. Других родственников у Полины не было.

Я стискиваю руль так, что белеют костяшки.

Я оплатил эту операцию. Я знал, что Полина этого бы хотела.

Помню, как подписывал бумаги, не испытывая ничего, кроме глухой, вязкой пустоты. Тогда мне казалось, что это просто правильный поступок. Холодный расчёт. Долг, который мне хотелось оплатить. Не перед ней — перед собой. Потому что после свадьбы я обещал её брату помочь.

Это был мой последний жест. Последняя попытка сделать хоть что-то хорошее. Последнее доброе дело в этой жизни — для неё.

В голове всплывает образ с камеры. Тот самый взгляд. Не испуганный. Не наглый. А будто… знающий. Как будто человек стоит в центре шторма и уже понял, что выхода нет, но всё равно смотрит прямо.

Меня передёргивает.

— Ты не можешь быть там, — говорю вслух, сам не зная кому. — Это не может быть правдой!

И если так, почему я до сих пор еду по пустой трассе ночью?! Почему жму педаль в пол, чтобы побыстрее приблизить встречу с человеком, который позволил себе забрать мою вещь? И этот человек либо глуп и не знает, что эти серьги денег ему не принесут. Потому что я найду их и верну себе. Либо этот человек всё знает и заманивает меня в ловушку. Играет на моей одержимой болезни по имени Полина.

И только поэтому я взял с собой ребят. Это может быть ловушка от какого-то клана. Кто-то хочет грохнуть меня и снять с пьедестала отца. Да, это больше похоже на правду. Но я всё равно туда еду. Потому что я совершил ошибку, когда выбросил серьги. Это всё, что осталось от неё. Я хочу их вернуть.

Машина пролетает километры, ночь густеет, а вместе с ней растёт ощущение, что я еду не за серьгами. Я еду за ответом, которого боюсь больше всего.

Макс присылает сообщение, что они на хвосте. Я не отвечаю. Сейчас любые слова будут лишними.

В голове только одно: если это чья-то игра — я разнесу всё к чёрту. А если это знак… тогда мне придётся признать, что я похоронил не всё.