Книга Если б не было тебя..., страница 36 – Надежда Волгина

Люда не спала и выбежала в коридор, когда Артур открывал ключом дверь. Покрасневшие глаза на измученном лице тети выдали следы недавних слез. Артуру стало мучительно стыдно.

— Прости, что задержался, — буркнул он куда-то себе под ноги, стесняясь смотреть тете в глаза. — Я был на море…

— Есть хочешь? — спросила Люда. Артур подивился интонации счастья в ее голосе. Он кинул на нее быстрый взгляд и только потом все понял. От осознания ему стало еще хуже. Она радовалась, что он жив здоров, что вернулся домой, что с ним ничего страшного не случилось, вопреки тревожным мыслям, что она успела передумать во время бесконечных часов ожидания. Она моментально простила ему все. А он ругал себя за эгоизм и черствость, что совершенно не думал о чувствах любящего его человека.

— Хочу, — ответил он.

Больше всего Артуру хотелось отправиться спать, но он точно знал, что Люда будет счастлива накрыть на стол и покормить его, усевшись напротив, подперев подбородок рукой и глядя, как он с аппетитом уплетает ее стряпню.

* * *

Ему снилась незнакомка. Все тот же переход, заполненный жадными слушателями. Толпа сдавливала Артура со всех сторон, мешая дышать. Он не мог пошевелиться, лишь смотрел на пьедестал, возвышающийся в центре, на котором стояла она. Смычок в ее руке уверенно скользил по струнам, но Артур не слышал ни звука, как ни пытался. На ее губах играла легкая улыбка, и глаза закрыты в музыкальном экстазе. Толпа гудела, и ему хотелось крикнуть, чтобы все смолкли. Но он не мог произнести ни слова. А потом она начала растворяться в воздухе. Ее образ становился все более прозрачным, пока не исчез совсем. Вот тогда Артур закричал и проснулся.

В этот момент, когда сидя в постели, он пытался унять бешенное сердцебиение и волнение, ему и позвонил Сергей по поводу концерта в консерватории. А проспал он половину дня — стрелки часов приближались к двум, хоть и казалось, что только уснул.

Ужасно захотелось выпить кофе, и Артур поспешил на кухню. В коридоре притормозил, услышав приглушенные голоса, доносившиеся из-за плотно закрытой кухонной двери:

— Он должен сам тебе показать, — произнес голос тети.

— Не могу дождаться, — ответил ей голос Семена Исааковича.

— Сема, я боюсь… Боюсь, что он сойдет с ума. Видел бы ты его вчера. Совершенно дикий и страшный.

Догадаться, о ком шла речь, было не сложно. Артур посчитал неприличным и дальше стоять под дверью и подслушивать разговор двух пожилых людей.

Вопреки ожиданиям увидеть встревоженные лица, представшая картина выглядела почти идеальной. Семен Исаакович прихлебывал из огромной чашки, которая незаметно стала его за долгие годы дружбы и частые визиты в этот дом. Перед ним стоял небольшой тазик с румяными пирожками, один из которых он с наслаждением надкусывал. Люда сидела рядом и помешивала ложечкой содержимое небольшой чашки.

— Доброе утро всем, вернее день… — смутился Артур.

— Артурчик, мальчик мой, наконец-то ты проснулся! — засветился Семен Исаакович.

— Наколотить тебе кофе? — почти одновременно с пожилым евреем воскликнула Люда, намереваясь встать из-за стола.

— Я сам-сам… — поспешно проговорил Артур, останавливая тетю жестом.

Ровно через десять минут, которых хватило чтобы съесть пирожок и сделать несколько глотков кофе, в течение которых Семен Исаакович нетерпеливо елозил по табурету, Артур взбирался по лестнице в мансарду, в буквальном смысле подталкиваемый в спину пожилым другом.