Книга Наперекор моим ошибкам, страница 80 – Дина Сдобберг

— Получилась бы, — отвернулась к окну Лада. — Если бы... Ни к чему эти разговоры.

— Из-за травмы? Или? — узнавал Упырь.

— Что? Ты чего несёшь?! — возмутилась в ответ Лада.

Я тоже выдохнул, когда оказалось, что опасения оказались напрасными, и мои поганые пожелания не сбылись. Упырь, пересказывая мне разговор с Ладой, смотрел с пониманием, хоть и с неизменным осуждением.

— Лада сказала, что чисто по-женски, проблем быть не должно. Вся проблема с тем, как её организм перенесёт нагрузку. Это очень сложно объяснить, наверное, Алина лучше бы справилась с этим, — нахмурился Упырь, который всегда был крайне против того, что врач одной специализации лез в области другой специализации. — Но беременность это вообще не праздник. Это период, когда организм работает просто на пределе, это износ. Ну, вот смотри. Возьмём яблоню, и пока мы любуемся цветами и зреющими плодами, само дерево сохнет, ветви гнутся и ломаются под тяжестью, корни без остановки гонят через себя всё, что могут взять из земли. И всё это идёт в плоды. Само дерево стоит почти без листвы, зачастую кора сохнет и лопается. А женщина это вообще не яблоня. Корней у неё нет, и всё, что необходимо, берётся не откуда-то извне, а из организма самой женщины. Отсюда проблемы с зубами, волосами и так далее. Нагрузка на опорно-двигательный аппарат колоссальная, сердце и кровеносные сосуды... Достаточно понимать, что сердце женщины во время беременности отвечает не за два круга кровообращения, а за четыре.

— А если двойня? — нахмурился Сабир.

— Ты считать разучился? — удивился Дэн. — Роды это, скажем так, самый зрелищный и наглядный момент для понимания цены рождения детей. Но и вся беременность не легче. Никогда не видел как стоит недавно родившая женщина? Не обращал внимания на специфический изгиб в пояснице? Думаешь, это просто так появляется? Вот, а это ещё и сопровождается постоянной ноющей болью.

— Ты хочешь сказать, что, — хмурился Мавр.

— Что пока ты грудь колесом показываешь и с гордостью говоришь о своих детях, твоя жена за то, чтобы ты мог похвастаться, расплатилась собственным здоровьем и годами жизни, — жёстко ответил Дэн, перебив Мавра. — Что касается Димы, то есть Марины, то у неё из-за травмы просто отобрали ресурс для того чтобы выносить. Она может забеременеть, к счастью, в этом плане и физически, и психологически она не травмирована. Но...

— Ты тут полчаса соловьём о том, какой пи@дец эта ваша беременность, — вспылил я. — А Маринку переутомление и смена погоды под капельницы укладывают. Но знаете... Мама из неё была бы просто ох@нная! Всё она знает, всё умеет, не злится, не раздражается. У меня вон, Мотька за пару встреч расчухал. Стоит только имя услышать и всё, башкой крутит и лыбиться начинает.

Успокоившись, что во время работы Белка под присмотром, я просто внаглую подъехал к больнице, зная, что она заканчивает смену. С Мотькой на руках я вышел ей навстречу.

— Что случилось? — забеспокоилась Марина, увидев нас.

— У тебя смена закончилась, а мы рядом. Решили подвести, — не стал придумывать слишком сложное объяснение я.

— Да тут остановка недалеко. Я обычно до неё дохожу, и или жду, или иду по проспекту. — Едва заметно пожала плечами Белка, улыбаясь Мотьке. — Матвей смотрю опять пузыри пускает. Нужно промокать. Иначе обветрит и губки, и подбородок.