Книга Наперекор моим ошибкам, страница 200 – Дина Сдобберг

— Отец-альпинист? — нахмурился Юрик.

— Леонид Димушкин, он мастер спорта по альпинизму. Был, пока не погиб на Домбае. Марина с ним с детских лет. И помимо звания мастера спорта, она состояла в спасательной бригаде. — Ответил ему я после взгляда Упыря. — До травмы.

— Вот как? Не знал. А Стерохин наверное знал. — Задумался Юрик. — Но тогда тем более понятно, почему он озаботился поисками другой невесты. И дал разрешение использовать Марину, чтобы надавить на её мать. Да, тогда всё встаёт на свои места.

— Майя оказалась для него предпочтительнее? — осторожно и мягко уточнил Упырь.

— Не веришь? — скривился в усмешке Юрик. — Возьми мой телефон. Разблокируй. Он по отпечатку.

Упырь не споря с ним, взял телефон и разблокировал. Фоном для экрана служило давнее фото. Улыбчивый светловолосый мальчишка лет пятнадцати, в котором лишь с трудом угадывался Юрик, обнимал маленькую девочку. Такая же белокурая, как и брат, с небольшим личиком сердечком и просто огромными голубыми глазами. Почти синими. Я такие только у туарегов и встречал.

— Стрекоза, — улыбнулся Глеб, едва кинув взгляд на телефон. — Я её так дразнил за её глаза.

— А она не обижалась. Никогда на тебя не обижалась, — кивнул Юрик. — Она выросла красавицей. Волосы окутывали её всю, светлая кожа. Майя не загорала. Её кожа очень тяжело переносила солнечные ожоги. Тонкая, стройная, с той невероятной осанкой, которая присуща только балеринам. Тем, кто с самого раннего детства весь день проводили у станка. Дед прокурор, отец... Мать балерина. А ещё всем, кто её знает очевидна мягкость её характера. Мать просто не позволяла ей иметь свой характер. Она всегда подавляла её волю.

— Ты сказал, что она отказалась танцевать. Не смотря ни на что. Так разве можно говорить о том, что у неё не было характера? — удивился Упырь, всё глубже утаскивая Юрика в воспоминания.

Даже мне было уже очевидно, что Юрждецкий сейчас полностью сосредоточен на сестре. Его привязанность к ней сейчас раскрывалась в свою полную силу.

— Но её гораздо легче было заставить уступить, промолчать, стерпеть, — заблестели глаза Юрждицкого. — Мать сломала её. Сделала удобной. Но... Она ведь в Испании, да?

— Посмотри, — развернул к нему свой ноут Влад, показывая то, что мы все видели ещё в начале этого допроса. — Это счёт Стерохина Валерия в банке, расположенного в Бенидорме. Это Валенсия. Этот счёт, как ты видишь, возможно только пополнять. Раз в год с него списывается одна и та же сумма в пользу муниципалитета Бенедорма. Ещё точнее... Эти деньги поступают на счёт похоронного бюро, которое в свою очередь тратит их на благоустройство кладбища. Это у нас на ближайшем кладбище можно похоронить и забыть. В Испании не так. Тем более, если речь о гражданине другой страны. Из-за ограниченной возможности размещения похоронить тело разрешат только при наличии такого счёта. Счёт открыт где-то месяцев через пять после переезда туда Анатолия. Деньги расходуются на содержание могилы некоего Энтони Стера. Энтони конечно больше Антону соответствует. Но...

Влад не договорил, предоставив Юрику самому сделать выводы.

— Два с половиной года, — тихо произнёс Юрик, начиная едва заметно раскачиваться.

— Ну и... - вздохнул Влад. — Это ты и сам можешь проверить. При твоей должности вся проверка займёт минуты три.