Книга Девочка с фермы и мажор, страница 19 – Елена Твардовская

— Огонь! — крикнул кто-то.

— Пожар!

— Тушите!

Ева видела, как огонь ползёт по шторе вверх, быстро, жадно, пожирая дорогую ткань. Люди закричали, бросились к выходу. Кто-то пытался потушить штору, но было поздно — пламя уже перекинулось на карниз, на потолок.

Ева просто стояла и смотрела на языки пламени, не в силах пошевелиться. Мимо неё пробегали люди, задевали её плечом, а она оставалась на месте, заваражённо глядя на расползающийся огонь. В голове вспыхнули картинки из детства: огонь охватывает их дом, бабушка крепко прижимает к себе маленького Сёму, дедушка хочет прорваться внутрь, Ева смотрит на языки пламени и не может отвести взгляд.

— Ева! Ева! Ты меня слышишь?

Чей-то голос прорвался сквозь шум. Она повернула голову и увидела, как Глеб уже стоит рядом с ней.

— Идём, нужно выходить.

Звук доносился, словно из под толщи воды, и она слабо кивнула, не в силах вымолвить и слова.

Он взял её за руку и вывел на улицу сквозь поток суетящихся людей. На улице тоже царил хаос. Люди бежали мимо, толкались, кричали. Ева успела заметить только, как рядом с Глебом оказалась Маргарита, спрашивая, всё ли в порядке. Она сделала вид, что не заметила, что он всё ещё держит Еву за руку. А Ева, наконец придя в себя, выдернула свою ладонь, и нескончаемая волна людей быстро разделила их.

В этот момент чья-то рука схватила её за запястье и потащила в другую сторону.

— Бежим! — Ася, маленькая, юркая, тянула её к воротам. — Ева, бежим, пока нас не заметили!

— Но…

— Если Анжелика увидит, что мы здесь, она повесит на нас всё! Шторы, столы, этого идиота, которого ударили! Бежим!

Ася тащила её по улице, и Ева бежала, спотыкаясь, чувствуя, как где-то в груди остаётся что-то важное, невысказанное.

Они пробежали до угла, где их ждало такси, которое Ася, умница, вызвала заранее.

— Быстрее, быстрее! — торопила она, открывая дверцу.

Ева обернулась. Из ворот особняка валил дым, люди выбегали на улицу, кто-то кричал, кто-то звонил в пожарную охрану. А посреди всего этого, в свете фар и уличных фонарей, стоял Глеб. Он оглядывался, и его лицо было напряжённым, сосредоточенным.

Он искал её.

— Ева, садись! — Ася почти затолкала её в машину.

Ева села, и в тот же миг, когда дверца захлопнулась, Глеб повернулся в их сторону. Он смотрел прямо на неё. Их взгляды встретились — на секунду, на мгновение, на один короткий вдох.

— Поехали, — сказала Ася водителю.

Машина рванула с места. Ева обернулась. В заднем стекле она видела, как фигура Глеба становится всё меньше, как особняк с дымом становится всё дальше, как огни посёлка тают в темноте.

Она смотрела, пока не стало совсем темно.

— Ева, — тихо сказала Ася, — ты как?

— Нормально, — ответила Ева, но голос её дрогнул.

— Он тебя узнал. И он тебя искал. После того, как начался пожар, он искал тебя.

— Он искал, чтобы убедиться, что я не сгорела. Всё.

— Не только, — покачала головой Ася. — Я видела его лицо.

— Ася, — Ева повернулась к подруге, — это изначально была плохая идея. Всё это.

Ася замолчала. Они ехали в тишине, и только мотор такси монотонно гудел, да за окном мелькали огни ночной Москвы.

Ева смотрела в окно и не видела ничего. Перед её глазами стояло лицо Глеба в тот момент, когда он узнал её. Удивление. Злость. И ещё что-то — что-то, что она не хотела разгадывать.