Книга Доктор для хозяина жизни, страница 10 – Ксения Фави

Очевидно, спортивный мужчина привык к серьёзным нагрузкам. Но сейчас ему это категорически противопоказано.

«Насколько же он будет меня слушаться?» — проносится в голове мысль.

Я делаю ещё один глоток чая, глядя на штангу, и в этот момент за спиной раздается знакомый голос:

— По глазам вижу — занятия в зале мне светят нескоро. Я прав, док?

Разворачиваюсь. На нем нет пиджака, только рубашка цвета горького шоколада и брюки.

Какой же он…

Слово эффектный не передаст и четверти впечатления от этого мужчины. Но я не сильна в прилагательных.

— Ну почему же, — приподнимаю уголки губ, — вот здесь отлично разместится большой гимнастический коврик. И кое — какие гантельки понадобятся. А ещё я рада бассейну. Вы сняли удачный дом.

— Я его купил, — поправляет Артур без какого — то пафоса, — аренда мне не удобна.

Купить дом для месяца лечения? Ну или пары месяцев… Потом он сможет улететь в Москву.

Черт… Эти его усмешки, забота. Я совсем забываюсь, с каким человеком имею дело.

— Простите…

— За что? — он спрашивает искренне.

Но я лишь пожимаю плечами.

Не сговариваясь, мы направляемся к лестнице, чтобы подняться на жилые этажи.

— Когда бы вы хотели ужинать? — вдруг спрашивает Щербинский, когда мы выходим в коридор.

Мнусь. Разве я могу диктовать правила?

— Даже не знаю… Когда будет готово.

— Мне нужно понять, успею я сделать несколько звонков до еды, или отложить их на потом.

Останавливаюсь и смотрю на него с легким недоумением.

— Подождите... Вы имеете в виду, что мы будем ужинать вместе?

Артур встает напротив меня.

— Я мог бы сказать, что терпеть не могу есть один. Но я люблю есть в одиночестве, — он усмехается. — Однако раз уж мы здесь вдвоем, поужинаем и заодно обсудим планы на ближайшие дни.

Он делает паузу, видит мое замешательство.

— И что вас так удивило? Мы совсем недавно ужинали вместе в ресторане.

— Ну, тогда это было знакомство, собеседование, — я тереблю рукав кофты. — Просто я не думала, что вы.... ужинаете с людьми, которые здесь работают.

— С сотрудницами клининга я ужинать не стану, при всем уважении к их труду, — поясняет он. — Потому что они приходят, убирают и уходят. Но с вами, Анна, мы будем общаться довольно близко.

Я непроизвольно распахиваю глаза. В голове тут же всплывает тот его провокационный пункт в контракте про «интимную связь». Он снова про это?

— О чем вы? — мой голос звучит чуть выше обычного.

Артур снова смеётся. Почти мальчишеским смехом.

— Всего лишь о том, Анечка, что вы — мой реабилитолог. Вы будете со мной контактировать, — он поднимает брови, — вы будете даже до меня дотрагиваться... Как доктор. И почему же мы не можем просто поесть за одним столом? К чему эти барские замашки с моей стороны?

Он качает головой, и его взгляд становится серьёзнее.

— Не надо думать, что я родился с золотой ложкой во рту. Моя мать была обычным продавцом. Мы жили сначала на ее скромную зарплату, потом я подрабатывал. Ещё до окончания школы.

Слова вылетают у меня прежде, чем я успеваю их обдумать:

— Отец вам совсем не помогал? После того как ушел из семьи?

Я тут же прикусываю язык. Господи, Анна, кто тебя тянет лезть в такие личные дебри?

Ведь я не болтушка обычно! Это он так на меня действует!