Книга Цена измены. Я не вернусь, страница 72 – Юлия Рябинина

Неуклюже выбравшись из салона, тут же вжала голову в плечи. Обошла машину, хрустя снегом под подошвами ботинок, оглянулась на Славу, следящего за мной с водительского сиденья. Кивнула.

Мужчина поднял руку в ответ. Сжав ручки пакета в кулак, твердым шагом направилась к дому. Где-то вдалеке залаяла собака. Ее лай тут же подхватила другая. По спине прокатился морозец. Стало немного жутковато.

Открыв покосившуюся калитку, по натоптанной тропинке направилась к двери.

Я уже совсем забыла, как это… Жить в подобных условиях зимой в деревне.

Подойдя к порогу, постучала в окно. Замерла в ожидании. По коже прокатилась стая мурашек, тело пробрал мерзкий озноб, когда лай собак усилился.

Да что же вы не открываете?! – буркнула под нос в нетерпении.

И только занесла сжатые в кулак пальцы для повторного стука, как в коридоре загорелась тусклая лампочка, а следом послышалось женское сердитое чертыханье:

— Очумели совсем? На время не смотрите что ли?

Сердце стало меньше биться, когда я услышала голос матери, а потом и вовсе замерло, стоило только матери открыть двери и появится с взлохмаченной копной светлых волос на голове.

— Кто тут? – рявкает… и затихает, когда в столбе желтого света, падающего из дверного проема разглядывает меня. – Ася!?

В ее голосе столько неверия и удивления, словно перед ней стоит не ее родная дочь, а как минимум сошедшая с экранов телевидения какая-нибудь знаменитость.

— Да, мам – это я. Пустишь? – срывающимся от волнения голосом спрашиваю.

— Ася!? Асечка, да проходи ты, дурочка моя, чего застыла на морозе. Проходи! – мать мигом проснувшись, выбегает в одних тапочках на босую ногу на порог, выхватывает у меня из рук пакет, тянет на себя. – Приехала, а я знаешь… Я чувствовала, что ты приедешь! Уже несколько дней сама не своя хожу…А это кто там? Вадька? А чего он не заходит?

Вдруг кивает женщина мне за плечо и я, резко обернувшись, показываю Славе жестом, что все в порядке.

— Нет, мам, это муж моей знакомой. С Вадиком я развожусь.

— Вот те новость, – удивленно распахнула глаза мама .

А с дороги в этот момент слышится рев мотора и визг срывающейся с места машины. В груди появляется тоска. Мне вдруг чудится, что вместе с собой Слава увозит и мою возможность вернуться когда-либо обратно в город.

Шмыгнув носом, проводила машину взглядом и зашла в дом. За спиной тихо скрипнула дверь, громко щелкнул замок, а в сердце появилось стойкое ощущение того, будто меня отрезало от того мира, в котором я так привыкла жить, от людей, которых знала, от привычного образа жизни.

Я всю дорогу пыталась держать свои эмоции под контролем, но сейчас, обведя взглядом небольшую обшарпанную светлую кухоньку, ветхую мебель и старую посуду, лежавшую посередине стола, я не выдержала, сдалась.

Села на стул и, спрятав лицо в ладонях, зарыдала в голос.

Я не могла поверить, что это происходит на самом деле.

— Мам, подожди помогу! – крикнула в открытую дверь.

Натягиваю на ноги отцовские валенки, накидываю поверх халата фуфайку, надеваю шапку, выхожу на улицу.

Утренний мороз обжигает щеки, нос, руки.

— Аська, а ну-ка домой зайди. Я сама управлюсь, – машет на меня рукой мать, когда подхожу к ней.

Я случайно заметила краем глаза, как женщина выбивает старенький ковер, когда после сна пошла на кухню попить воды.