Книга Чёрная Роза. Кавказский брак, страница 66 – Лика П.

Роза знала: мать сначала всё достоверно узнаёт, проверяет, а потом уж приносит в дом новость. Сомневаться в правдивости её слов не было причин — слишком точно, слишком подробно.

— Ага… ладно, я пойду… мне пора, — неживым, пустым голосом произнесла она матери.

— Ты что там, плакать удумала? Да пошёл он, сволочь! Слышишь, не будь дурой, тебе говорю…

Но Роза отключила вызов, не дослушав. Телефон выпал из рук на плед, а она зарыдала — горько, надрывно, от боли и обиды, что жгли душу огнём. Она ведь его так любила… так сильно, всей душой… А он ребёнка с другой завёл… Предал всё, что у них было.

Роза сидела в просторном зале на диване, уставившись в пустоту. Голос матери всё ещё эхом отдавался в голове: «Доченька, у Саида есть ребёнок от русской женщины…»

Сердце сжалось в тугой, невыносимый комок, словно кто-то грубо вырвал его из груди и медленно раздавил. «Как? Как это возможно?» — кричало всё внутри, разрывая душу на части. Все то время, когда она ждала его возвращения, скучая до боли в костях, до дрожи в пальцах, он… был там. С другой. С ней. Шептал ли он той женщине те же слова, что шептал ей? «Ты самая красивая на свете, моя Роза…» — вспоминала она его горячий шёпот у самого уха, от которого она таяла, как воск под солнцем. А теперь эти слова казались ядом.

Она вспомнила и его вечную отговорку: «Не забывай, пожалуйста, у меня же бизнес, я должен уделять ему больше внимания». Теперь правда резала по живому: не бизнес был причиной. Другая… русская девушка, которая родила ему ребёнка. Саид жил на две семьи. Аллах… как же так? «Это что же — я была здесь, в этом аду ожидания, а в то время она там, с ним, с их ребёнком?»

Слёзы хлынули потоком, жгучие, неудержимые. Роза зарыдала — горько, надрывно, до спазмов в горле. «Почему с ней он хотел детей? А со мной — нет? Я так мечтала о малыше, о нашем малыше, мечтала, что он будет похож на Саида — те же тёмные глаза, та же улыбка…» Его слова теперь звучали как жёстокая насмешка: «Не время, Роза. Бизнес на грани, все силы надо бросить туда…»

Роза обхватила голову руками, согнулась на диване пополам, тело сотрясали судорожные рыдания. Всё, что она любила в нём, рушилось, как хрупкий песчаный замок под безжалостной волной. Любовь? Какая любовь? Только обман. Предательство, пронизывающее каждую клеточку, каждое воспоминание.

Она даже не услышала, как тихо открылась дверь.

Мансур вошёл с огромным букетом нежно-белых роз в руках — лепестки трепетали словно живые, напоминая о тех днях, когда её сердце таяло от его прикосновений. Он улыбнулся про себя, предвкушая её радость, её сияющие глаза. «Наверное, не услышала замочного щелчка», — подумал он, проходя в квартиру.

— Роза? Ты где? — позвал он мягко.

Она не ответила — слишком глубоко погрузилась в свой личный ад воспоминаний и боли.

Мансур замер в дверях зала, увидев её: сгорбленная маленькая фигурка на диване, плечи трясутся, лицо скрыто в ладонях. Сердце его болезненно кольнуло. «Что случилось с моей девочкой?»

Он тихо положил букет на столик — цветы легли с лёгким шелестом, — подошёл и опустился на корточки перед ней, осторожно коснувшись её колен.

— Роза… что случилось? — его тёмные глаза впились в неё с тревогой и нежностью.

Она вздрогнула, медленно поднимая заплаканное лицо — глаза красные, опухшие, щёки блестят от слёз.