Книга Развод. Из Норвегии с любовью, страница 46 – Николь До

Имею ли я право лишать их этого? Привычной жизни, того, что они любят. Чувствую себя с каждым днём всё более и более отвратительно. Наверное, придётся ехать назад. Пытаться там как-то обустраиваться, искать себе работу, дом… Не лишать же их общения с отцом, не менять же школу просто потому, что родители расстались…

Но думать об этом я пока не могу. Я ведь даже не знаю, на что мне покупать обратные билеты. Попросить Эспена? Стыдно, неудобно. Знаю, что он не откажет, но мне и самой бы так не хотелось.

Конечно, я сглупила. Сорвалась на обиде, психанула. Всегда такой была, так и не научилась управляться с эмоциями. Но если бы Эспен не держал глухую оборону, то до этого бы и не дошло. Впрочем… вина не может лежать на плечах одного. Наверное.

Через пару часов бар заполняется. Пятница, вечер. Люди хотят расслабиться после рабочей недели. Я стою за стойкой, смешиваю коктейли, варю кофе, улыбаюсь посетителям. Руки работают на автомате — столько лет прошло, а навык не потеряла.

— Алина, тут заказ на два американо и мохито, — кричит администратор.

— Сделаю.

Я сосредоточена на процессе, не отвлекаюсь. Мне нравится, что когда я работаю, я меньше думаю о своих заботах, нравится, что можно переключиться, нравится, что я не просто жена и мама, а женщина, которая просто работает баристой. Может мне этого и не хватало? Зарыла себя в быте, забыла, что когда-то у меня тоже были мечты и желания...

А ещё на работе я меньше думаю об Эспене, о том, что Новый год вот-вот нагрянет, а у меня нет ни ёлки, ни подарков, ни настроения, ни желания вообще его праздновать. Хотя мы уже пообещали бабушке, что приедем к ней в этот день.

Моя мама будет ждать. Даже несмотря на боль в ногах, собирается испечь торт. А я сделаю жаркое и салаты. Опять займу руки и перестану накручивать себя в своих переживаниях. И только ночами… всё равно вижу Эспена, когда закрываю глаза…

— Алина?

Я поднимаю голову на знакомый голос и удивлённо застываю. Перед стойкой стоит Кирилл. На нём чёрное пальто с небрежно повязанным шарфом. Он широко, дружелюбно мне улыбается. Прямо дежавю. Словно мы встретились снова. Как тогда в Норвегии. Прямо случайная встреча. Или…

— Кирилл? — выдыхаю я. — Ты что здесь делаешь?

— Решил зайти, — он садится на барный стул. — Кофе выпить. Или что покрепче.

— Откуда ты узнал, что я здесь работаю?

Он пожимает плечами. Смотрит в сторону, потом снова на меня. И до меня доходит. Ну конечно! Карина! Я обмолвилась, что у меня сложности на любовном фронте. А кто из нашей группы не знал, что у меня начинались отношения с Кириллом? Да все были в курсе. Конечно, обмусолили со всех сторон, что я бросила его ради норвежца.

А теперь Карина меня сдала с потрохами. Вот тебе и подруга...

— Карина, — выдыхаю я, а он кивает. — Ну конечно.

Я злюсь. На Карину, которая сдала меня без спроса. На Кирилла, который не может оставить меня в покое. На себя, которая не может просто послать его подальше. На то, что он будто желает что-то словить. То заграницей, то здесь. Я ведь говорила, что напишу ему, если буду готова. А я вот совсем не готова.

— Что будешь? — спрашиваю сухо.

— Виски. Двойной.

О как. Настроен всё-таки расслабиться. Я делаю ему виски. Стараюсь уговорить себя не волноваться. Может он просто хочет со мной пообщаться, это вовсе не преследование. Но осадочек остаётся. Будто я не могу и шага ступить, чтобы рядом не появился Кирилл. Это уже какой-то перебор.