Книга Здравствуй, папа-офицер! Цель вернуть семью, страница 3 – Анна Леманн

Медленно отхожу от стойки и сажусь в жесткое кресло, которое явно не проектировали для комфорта.

Оно такое неудобное, что, кажется, специально создано, чтобы люди не задерживались в зоне ожидания и не мусолили глаза врачам.

Оглядываюсь по сторонам. Рядом со мной сидит пожилой мужчина с газетой. Он бросает на меня сочувственный взгляд и говорит:

— Держитесь, — пытается меня подбодрить, но судя по его виду, его бы самого не помешало взбодрить. — Всё будет хорошо, парень!

— Спасибо, — бросаю чисто из вежливости. — Просто… сложно.

— Да я понимаю, — он откладывает газету, цепляясь за секунду отвлечься от своих собственных переживании. — Я тут уже третий день. Сын попал в аварию. Врачи говорят, что шансы есть. Главное — верить.

— Верить, — повторяю, чувствуя волнение. А что если Таня умрет? — Да, точно. Верить.

Он улыбается и возвращается к газете. А я снова погружаюсь в мысли о том, что делать.

С одной стороны, нужно узнать у врачей нужно ли что-то, помочь как-нибудь. А с другой… чего я так переживаю? Мы давно развелись. Может у нее муж другой уже есть. А здесь я…

Хотя будь у нее муж, разве был бы мой номер как контактный?

А может просто забыла поменять?

Из размышлений меня вырывает голос медсестры.

— Родственник Татьяны Вольной? — спрашивает та же девушка со стойки.

Вскакиваю так резко, что кресло издаёт жалобный скрип. Подорвавшись, в два шага оказываюсь перед ее стойкой.

— Да! Я здесь! Что с ней? — выкрикиваю так, что все меня слышат и морщаться от моего голоса.

А чего они хотят от офицера?

Привык я так общаться.

— Пока без изменений, — успокаивает она меня. — Но врачи продолжают наблюдение. Как только будет какая-то динамика, мы вас оповестим.

— Можно хотя бы мельком взглянуть? — прошу почти умоляюще.

— К сожалению, пока нет, — слегка устало и неискреннее выдавливает улыбку. — Но вы можете оставить контакты, — произносит, протянув мне лист для заметок и ручку. — Мы позвоним при любой новости.

— Может еще помочь нужна какая-та? Лекарства? Спецы покруче? — уточняю у нее. — Я все достану. Просто скажите.

— Сейчас уточню у доктора, — отзывается она.

Киваю, записываю номер и протягиваю все девушке.

Медсестра улыбается ободряюще и уходит.

Возвращаюсь к креслу, чтобы дождаться ответа, а затем со спокойной душой уйти.

Нервно поглядываю на часы. Уже целых тринадцать минут сижу в этом проклятом кресле. Жёстком, неудобном и раздражающим. Будто специально созданном для пыток родственников пациентов. Мозг продолжает прокручивать разные варианты будущего. Но в одном я уверен. Таня вновь замуж не вышла. Если бы вышла, ее муж был бы здесь.

Значит не зря приехал.

Кто-то должен позаботится о Тане.

Но что теперь? Что делать? Как быть?

Отвлекаюсь лишь когда до ушей доносится топот маленьких ножек. Быстрый, весёлый, совершенно не подходящий к атмосфере больницы.

И это точно ребенок!

Благодаря младшему братцу я этот звук наизусть выучил.

Поднимаю глаза и вижу, что ко мне бежит девочка лет пяти с белоснежными волосами, собранными в два торчащих в разные стороны хвостика.

Как у меня блонд… Редкий цвет. Мне от отца достался. Горжусь своим блондом. Девчонке тоже повезло.

Не успеваю опомниться, как она уже прыгает мне на колени, обхватывает ручонками за шею и звонко кричит: