Книга Ты, я и он, страница 65 – Саня Сладкая

Возможно, кто-то свыше знал, что я не проживу с Женей всю жизнь, и просто уберег меня от беременности? Интересно, если бы это был ребенок от моего мужа, была бы я так же рада? Буквально за пару часов поменялось мое мировоззрение, мне хотелось петь от радости. Теперь уже ничего не волновало, все прошлые проблемы казались такими глупыми. Зачем я так переживала, какой в этом смысл? Ведь все, что не делается, делается к лучшему.

Я очень долго просидела на свежем воздухе, и зашла домой только к вечеру, когда совсем стемнело. Приняла душ, приготовила фруктовый салат, налила в стакан апельсиновый сок. Теперь нужно думать о здоровье малыша, и питаться правильно.

Уже перед сном я вдруг подумала о том, что, наверное, нужно рассказать обо всем Стасу. Не знаю, как он отреагирует, но он должен знать, что скоро станет отцом. Пусть мы так некрасиво расстались, и наверняка он больше не хочет ничего обо мне знать, но я ведь ничего не прошу. Просто хочу поставить его в известность. Он даже не знает моего адреса, а значит, не сможет найти меня. Хотя, нужно ли такие вещи сообщать по телефону? Я не знала. В любом случае, подумаю об этом завтра. Жизнь так непредсказуема, что никогда нельзя загадывать наперед. Нужно наслаждаться каждым прожитым днем и не жить прошлым. Я была счастлива, и уснула с легким сердцем и с предвкушением долгих счастливых дней в ожидании малыша.

Не хотела признавать, но мне было страшновато. Где-то в груди затаился предательский холодок, который не давал мне покоя, и я сходила с ума от беспокойства. Да, сейчас, спустя несколько дней после того, как узнала о беременности, я вдруг увидела себя со стороны — без работы, со съемным жильем, я представляла жалкое зрелище и весьма невыгодную кандидатуру для брака. Если я вижу это, то, что тогда видит Стас — богатенький сынок успешного папы, имеющий большой потенциал в будущем? Зачем ему такая женщина как я? Как известно — богатые тянутся к богатым, а бедные к бедным. Но разница в том, что я ни на что не претендую. Я просто не готова скрывать правду всю свою жизнь. Не считаю, что это будет правильно по отношению к Стасу. Да и к любому мужчине.

Я как никогда ярко видела осуждение и насмешку в глазах всех его дружков, наверное, лишь Марго была бы рада. Ведь по ее меркам, я достигла основной цели — села на шею богатенькому мажору. По ее мнению — высший пилотаж — забеременеть и родить ребенка от богатого. Беременность в 80 % гарантирует безбедную жизнь, и не важно, по любви или нет. Но я никогда не воспринимала Стаса как добычу. Только вряд ли в наше время в это смогут поверить.

Я сидела в том самом кафе, в котором проходило наше собеседование с Михаилом, и потягивала молочный коктейль через трубочку. На пластиковой тарелке прямо передо мной лежали эклеры. Я откусила всего один кусочек, и больше не смогла — крем внутри противно скользил по горлу, и меня сразу начинало тошнить. Вокруг меня сидели люди. В утреннее время было больше школьников, которые забегали сюда на перемене, чтобы перекусить перед началом урока. Когда открылась стеклянная дверь, по удивлению на лицах некоторых школьников, я поняла, что пришел Стас.

На самом деле, я была уверена, что он не приедет. Это было бы естественно. Но он приехал. С трудом протиснулся сквозь стеклянные двери и подкатил коляску ко мне. Теперь на нас смотрели все, и я пожалела, что пришла именно в кафе. Нужно было просто встретиться в сквере, но уже было поздно. Я улыбнулась, пытаясь скрыть нервную дрожь, которая могла выдать мое волнение. Лицо Стаса было мрачным, губы сжаты в тонкую линию. Я хорошо знала это выражение неприступности и напускного равнодушия.