Книга Ты, я и он, страница 62 – Саня Сладкая

— Ну, что, так и будем молчать? Или, наконец, ты вылезешь из своей ракушки и скажешь хоть слово?

Раздражение Стаса набирало обороты. Его голос словно резал по живому, заставляя меня вздрагивать от каждого слова, но я не понимала, что он от меня хочет, почему так злится? В конце-концов, я никому не сделала ничего плохого. Слезы наворачивались на глаза. Да, я переспала с ним, но разве это запрещено законом?! Разве я не в праве, делать то, что хочу, или, может, я сама заставила его в тот вечер найти меня в «Звездочете» и привезти к себе домой? Я сжала пальцами виски и мысленно мечтала провалиться сквозь землю. Происходящее казалось чем-то нереальным и унизительным. Эти двое заставляли меня чувствовать себя настоящей шлюхой. Но ведь это вовсе не так!

— Алиса, это правда, ты переспала с моим сыном?

Я услышала тихий, спокойный голос Михаила и нерешительно подняла глаза. Все это время, я, как провинившаяся школьница, смотрела себе под ноги. Отчего было еще хуже. На периферии сознания, я пыталась вспомнить еще более унизительные ситуации в моей жизни, но таких не было.

— Михаил, простите за то, что подорвала ваше доверие. — С трудом пробормотала я, — но я не хочу оправдываться перед вами. Это моя жизнь, и я сама решаю, как ее прожить.

Михаил смотрел на меня, и я могла лишь гадать, какие мысли крутятся в его голове. Наконец, он устало произнес:

— Хорошо. Ты можешь поехать домой. Стас, не веди себя как последний кретин, выпусти девушку. Не переживайте, я заплачу вам деньги за эту неделю.

Стас молча сдал на коляске назад, и я буквально выбежала в коридор. Еще никогда я не обувалась так быстро, но перед тем, как выскочить за дверь, я обернулась и встретилась взглядом со Стасом. Он был разъярен, и изо всех сил сдерживал себя, чтобы не сказать что-то колкое. Я была уверена, что он ненавидит меня. Ненавидит за то, что его отец хотел со мной встречаться и практически предложил стать хозяйкой дома. Вся эта ситуация выглядит отвратительно и некрасиво.

Не помню, как я доехала до квартиры. Перед тем как закрыться на все замки, я зашла в магазин и купила бутылку красного, полусладкого вина. Надо же как-то отметить свое фееричное увольнение, ну и успокоиться тоже не помешает. Сердце гулко стучало, виски ломило от перенапряжения. На кухне, я быстро сделала салат из овощей, нарезала сыр и полукопченую колбасу, не забыла взять ведерко с мороженным. Странно, но я чувствовала просто зверский голод. После бокала вина меня очень быстро развезло, видимо, я настолько морально истощилась, что теперь достаточно пару глотков алкоголя, чтобы упиться в стельку и забыть собственное имя.

Я бездумно щелкала пультом телевизора и в сотый раз прокручивала в голове сегодняшний разговор. Стало смешно. Минут пять я безудержно хохотала, вспоминая лицо Стаса и неловкое выражение лица у Михаила. А что, из нас получилась бы очень хорошая семья — я могла бы официально стать мамой Стаса. Мы бы прекрасно жили все вместе. Со временем, Стас бы успокоился и стал называть меня мамой. Только от этой мысли у меня началась истерика. Настолько сильная, что меня стало сильно тошнить, перед глазами все поплыло, запрыгали черные мошки.

Пока я бежала к унитазу, зажав рот ладонью, даже не думала ни о чем: меня громко рвало минут пять. Рвало с такой силой, что желчь попала в нос. Я держалась за край унитаза и пыталась сохранить равновесие: было плохо, все вокруг кружилось и рябило. Но разве может быть так плохо от одного бокала вина? Единственное объяснение — вино испорчено. Я умылась прохладной водой, постояла немного перед зеркалом, разглядывая свое лицо.