Книга Вера и рыцарь ее сердца, страница 802 – Владимир Ланге

— 160 км в час!

— С ума сойти, как же мы быстро едем! – проговорила она по-русски и не заметила, как Арнольд недовольно покачал головой.

Эта Вера действительно влияла на Арнольда! Если она не бандитка, то чародейка с Востока! Вера захотела увидеть ночной Брюссель, и он целый час шагал за ней по булыжной мостовой, по которой в древности ездили римляне. Какие могут быть «лунные зайчики» в витринах магазинов? Так почему же он, представительный политик и бизнесмен, самолично ловил этих «зайчиков»? Потом он, как ненормальный, смотрел вместе с Верой в небо, вслушивался в перезвон колоколов святого Базилика в Кукулберге, пытаясь услышать голос Бога.

В такие переделки мужчина еще не попадал. Хоть Арнольд и ворчал про себя, но быть личным шофером именно этой женщины и быть исполнителем именно ее желаний ему почему-то нравилось.

Проезжая мимо университета, Вера захотела пройтись перед парадными воротами знаменитого на весь мир университета (где Арнольд дважды получал высшее образование: по математике и экологии), потому что у входа в университет, по ее словам, должен витать дух открытий, но мужчина чувствовал только сквозной ветер, проникающий к его больным почкам.

Высокообразованный Арнольд привык быть в жизни распорядителем, но Веру раскрутить до уровня пользования ему никак не удавалось. Психология этой русской не поддавалась обработке, логика вещей в ее представлении о мироощущении теряла всякий смысл. Ее простота в общении не расслабляла, а ставила в тупик. Ее наивная беспечность внезапно сменялась глубоким раздумьем, от которого ему самому становилось не по себе. По собственному опыту общения с женщинами, не имеющими легальных документов на проживание в Бельгии, из этой моложавой Веры можно было веревки вить: полиция, муж-инвалид, собачья работа уборщицы; а на деле получалось, что ему хотелось для нее срывать в букет звезды.

Когда они вошли в его служебную квартиру, где было предусмотрено все необходимое для работы и личной жизни, Арнольд опять почувствовал сквозную боль в груди. Вера заботливо положила его на диван для обследования. После беглого осмотра она пришла к выводу, что ему надо срочно обратиться к домашнему врачу, потому что подозревала у Арнольда начало ишемической болезни сердца и развитие цирроза печени. После сладкого чая, приготовленного Верой, и принятия русского лекарства под названием «Но-шпа» ему полегчало.

Наступило время ночного отдыха.

В постели Вера совершенно растерялась, она не знала, что делать с мужчиной, который не может того, что хочет. Женщина готовилась прожить с ним жизнь до конца своих дней, и ей не хотелось разочаровываться в самом начале их интимной близости. Ублажая Арнольда, она думала о профессии проститутки. Почему-то в этот момент ей нестерпимо захотелось узнать, платят ли женщинам за оргазм клиента или им платят по часам. Кстати, тут-то и пригодился тот опыт самоудовлетворения мужчин, который она наблюдала у мужа-инвалида.

Арнольд был удовлетворен и обессилен, настроение у него сразу улучшилось, ведь интуиция его не подвела. Эта русская женщина может делать хорошо то, что должна будет делать в перспективе, когда подсядет на крючок зависимости от него, но пока он являлся ее первым клиентом. К середине ночи мужчина отправился спать в просторный зал на диван, где сиротливо стояла фотография его умершего сына.