Книга Вера и рыцарь ее сердца, страница 756 – Владимир Ланге

— Налей, только мне бы чай погорячей. Спасибо, люблю я горячий свежий чай, и булочки очень вкусные, давно я такую выпечку не ела. Жалко мне вашу хозяйку, детей ее жалко.

— Машку-то жалеть не надо, что хотела, то и получила. Такая ее доля «рублевская»… А как у тебя дела там, за границей?

У Веры не было настроения откровенничать, и она обошлась перечислением некоторых событий, но без подробностей, но Галина сделала правильные выводы, удовлетворившие ее любопытство.

— А что я тебе говорила? Везде хорошо, где нас нет. Ох и простодушная ты, Вера. В кого ты только такая?

После ужина Саша захотел поговорить с сестрой о жизни наедине. Они сидели на лавочке в скверике для прислуги и не спеша находили тему для разговоров, вернее, находила эту тему одна Вера, потому что ее брат предпочитал беседовать молча. Вдруг перед ними пробежала огромная крыса.

— Крыса! Там крыса пробежала! – закричала Вера в ужасе, указывая, в каком направлении скрылась эта противная бестия.

— Успокойся. Это не крыса, а кошка Марсельеза. Она жрет целый день, а потом гадит в каждом углу. За эту вонючку хозяева отдали баснословные деньги, так что Марсельеза золотом какает.

Появление кошки-крысы развеселило брата с сестрой, разговор между ними пошел свободнее.

— Саша, почему вы переехали из Калининграда в Москву? Ведь в Калининграде у тебя было успешное дело по доставке продуктов в городские ларьки.

— Да, дело пошло хорошо, хоть я и делал работу медленно, но тщательно и честно. Понимаешь, Славика взяли на работу в министерство, а моя Галя не могла отпустить сына в Москву одного, поэтому мы продали квартиру в Калининграде и купили другую в московских пригородах, а эту работу мы имеем с подачи нашей знакомой Маргариты, и теперь я на хозяйстве, мне хозяева доверяют, а Галина в доме убирается. Завтра приедет Марина и Славик. Марина преподает английский язык, а Слава наконец-то познакомился с девушкой.

— Помнишь, как ты мне говорил, что надо капитал вкладывать в своих детей? Это был твой жизненный постулат, он себя оправдал?

— Трудно мне об этом судить. За одно переживаю – что я не дал детям любви.

— Почему ты работаешь домоправителем? Саша, в тебе ведь столько талантов!

— С моими талантами только дома сидеть. Зарплата служащего в нашей стране унижает человека. Вот если бы мне взять кредит и дело развернуть, как мой сосед… Он в Таджикистан отправил вагон со спичками, а обратно в Москву пришел вагон с табаком. Ты сама понимаешь, табак есть табак, он любой запах отгонит. Вера, за одну такую сделку сосед заработал миллион рублей. Я не могу взять кредит, я безработный, а ты в Бельгии взяла бы деньги у Арсеена, и мы бы с тобой раскрутили дело на миллионы.

С тяжелым сердцем Вера уезжала из Москвы к родителям. С каким бы удовольствием она одолжила брату деньги Арсеена, чтобы видеть брата вновь «на белом коне», но эти деньги ей не принадлежали.

В родительский дом Вера приехала, не улыбаясь, там она почувствовала себя так же, как чувствовал себя Гулливер в стране лилипутов. Все в родительском доме уменьшилось, как бы усохло в размерах. Верины постаревшие родители хоть и стали ниже ростом, но характер имели прежний: маму не переспоришь, а от папы и слова одобрения не дождешься.

Прежде всего ее родители хотели знать все подробности из жизни своей дочери и внуков за границей. Вера рассказывала свои истории, которые родители уже знали по ее письмам, но от этого их внимание не уменьшилось. Вживую рассказанные истории всегда быстрее доходят до сердца. Хотя она старалась говорить только правду о пережитых событиях, но правду не обязательно показывать со всех сторон.