Книга Вера и рыцарь ее сердца, страница 664 – Владимир Ланге

Через земли Ревеле проходил канал, несущий свои воды в Северное море. По каналу неспешно плыли пароходики, а вдоль канала совершали велосипедные прогулки ревельчане.

В окрестностях Ревеле на холмистых пастбищах щипала вечнозеленую траву упитанная скотина, а к осени поля колосились созревающим урожаем зерновых культур. Случайному путнику могло показаться, что он попал в царство плодородия и благоденствия, если бы не вездесущие велогонщики, которые нарушали умиротворение летнего дня, курсируя между крестьянскими хозяйствами туда-сюда, туда-сюда.

Можно сказать, что истинных ревельчан отличает любовь к своему любимому двухколесному транспортному средству: одни разъезжают на нем в выходные дни, наслаждаясь привольностью здешних мест, а другие безуспешно гоняются друг за другом, и даже пенсионный возраст не может их остановить. Одетые в аляпистые обтягивающие костюмы, седоволосые спортсмены отличаются агрессивной ездой, словно они в погоне за утерянной молодостью.

Деревня Фландегем расположилась в 6 километрах от административного центра Ревеле. Железная дорога разделяла деревню на две части. Не так давно железнодорожные пути были переложены на высокую насыпь, чтобы грохот проезжающих через деревню поездов меньше беспокоил жильцов первых этажей, хотя большинство домов в деревне имели вторые этажи, где обычно располагались спальные комнаты.

Дом господина Арсеена Лаере стоял на улице, прилегающей к железнодорожной насыпи. Первый этаж занимали столовая и гостиная, а на втором этаже расположились две спальни: одна – с окном, выходящим на железную дорогу, была предназначена для гостей, а окно другой – для хозяина дома, и оно выходило на противоположную сторону – в сад.

В просторной гостиной напротив окна стояли обтянутые белой кожей два мягких дивана и кресло, а в углу напротив располагался новейший телевизор. Гостиная переходила в столовую, в центре которой красовался длинный стол на восемь персон, а за небольшой стойкой скрывался кухонный закуток.

К гостиной примыкала просторная застекленная веранда, имевшая два выхода. Один выход вел в рабочее помещение, где стояла вся современная бытовая техника, а другой – в сад, где росли высокие кусты китайской розы. В саду у самой изгороди стоял гараж, в котором хранились велосипеды и автомобильная тележка без автомобиля.

Три года назад Арсеен Лаере купил этот дом, и три года он благоустраивал его, чтобы в идеальных условиях дожить до старости, а на четвертый все его мечты пошли прахом, ибо человек только предполагает, а располагает Бог.

В то утро, когда Арсеен впервые позвонил некой русской Вере, номер телефона которой получил через брачное бюро, в гостиной по радио звучал джаз, но, когда телефонный разговор оборвался, дом потряс тяжелый рок, но даже терминальные аккорды бас-гитары не смогли заглушить рыдания мужчины.

Судьба словно отыгралась на нем, как на мальчике для битья! Ведь он был не убийца, не грабитель, а добрый работящий малый, который всю жизнь упорно стремился к своей независимости, сначала от отца, потом от жены, а на свободе он стал инвалидом.

Только тот, кто знает, каково быть нелюбимым сыном скупого и злого крестьянина, владеющего обширными фамильными угодьями, его мог бы понять.

Не дети нужны были отцу Арсеена, а дешевые работники, с которых можно было безнаказанно шкуру драть, чтобы работали как следует. Бездельники и нахлебники в семье были не нужны. Вечно недовольная жизнью мать не могла любить тех, кого она рожала в угоду мужу, считавшему побои проявлением мужской любви.