Книга Вера и рыцарь ее сердца, страница 444 – Владимир Ланге

* * *

Испокон веков в каждой деревне рождались свои святые и свои доморощенные ведьмы. Святых любили, а последних боялись и слово поперёк говорить не спешили, ни к чему на рожон лезть.

Такой коварной женщиной была в Андрюшино не Наталья Буталова, а экономист сельсовета Гайдарчук, крупная, плечистая и волевая женщина. Гайдарчук очень гордилась своим даром вгонять человека в страх. Она имела два законченных высших образования, что давало ей право называть себя интеллигентной женщиной и верховодить всей деревней, в сельсовете она занимала должность экономиста и стыда не ведала уже с рождения, как и мук совести, ну что тут сказать, ведьма есть ведьма.

После окончания университетов без всякого смущения Гайдарчук выставила собственных родителей из дома, который позже продала, и на вырученные деньги купила новый для себя и своей семьи. Надо сказать, что никто в деревне и слова не обронил, видя такой дочерний беспредел.

В какое время зародилось в Гайдарчук желание портить людям жизнь, сказать трудно. Может быть, эта строптивая женщина являлась сама жертвой какого-нибудь давнего родового проклятия или просто случилось так, что ей самой понравилось быть деревенской Баба-ягой, и теперь для счастья Гайдарчук не нужны были покорные дети и непьющий муж, хорошая работа и уважение соседей. Нет! Для настоящего счастья Гайдарчук нужен был скандал, и чем скандал становился грандиознее, тем радостнее билось сердце в её груди. К приезду новой врачихи эта профессиональная склочница передралась уже со всеми в деревне, и не по одному разу, и даже заскучала. Ссориться по пустякам ей надоело, а для настоящего скандала в деревне не было подходящей кандидатуры, что негативно могло сказаться на порочной славе самой Гайдарчук как деревенской задиры и сексуальной домогательницы.

Да, быть признанной злодейкой не каждому смертному по плечу.

В сравнении с Гайдарчук, Наташа Буталова была просто «ангелом во плоти», правда, плоть её для ангельской была излишне тяжёлой. Любила женщина людям угодить, умела разговорить человека и выслушать его до последнего словечка, знала, кому витаминки прописать, а кому порчу снять. Ветеринары не приживались во владениях Гайдарчук, поэтому, у кого какая скотинка занеможет, все к Буталовой за помощью бежали, обучена она была заговорам и приворотам.

Год проходил за годом, и к моменту выхода Петра Петровича на пенсию Наташа Буталова имела славу деревенской знахарки. Дару заговора научилась она ещё в девичестве от одной старушки-шептуньи из села Нелани, которое располагалось у самых болот. Бабушка уже давно померла, но её знахарское дело процветало, и деревенская фельдшерица имела приличный приработок и добрела в теле. Теперь ей оставалось только занять пост заведующей больницей и поживать на лаврах до пенсии, а тут Лебедева объявилась, и её уважал весь персонал больницы, а сельчане за глаза почтительно называли Верой Премудрой.

— Тьфу, Вера Премудрая. Самоубийца она и разведёнка! Премудрая! Детей сиротами оставила при живом-то отце, а сама барыней по Андрюшино разгуливает.

Как хотелось женщине выскочить из кровати, схватить эту Веру-разведёнку за грудки и объяснить ей прописные истины!

— Подумаешь, мужик напился! Подумаешь, побуянил! Так что теперь бабе на рожон лезть? Нет, я сильнее и мудрее тебя, самозванка! Руку мне Витька ломал? Ломал. В погребе под замком я сидела? Сидела, да и в колодце целые сутки провалялась, и ничего, выжила, зато при муже! Как ты посмела, Верка-паскудница, своего мужика-то на улицу выгнать, и Бога не побоялась! А теперь кукиш тебе с маслом, а не должность главного врача больницы! Это моё законное место!