Книга Поцелуй смерти, страница 31 – Элис Вайлд

«Моей дорогой Хейзел. Желаю самого счастливого дня рождения, люблю тебя».

Я вглядываюсь в эту картинку и надпись, толком не осознавая то, что вижу.

— Я… я не понимаю. Никогда в жизни не видела эту книгу.

— Думаю, он подарил мне то, что должно было стать твоим подарком на день рождения, – говорит Киприан. Его челюсть на мгновение напрягается, как будто ему даются с трудом эти слова. – Я думаю, он не мог допустить, чтобы у ребенка не было любви к книгам.

— Это и правда похоже на него, – тихо говорю я, нежно обводя пальцами строку с моим именем.

— Я знаю, это звучит глупо, но эта книга изменила мою жизнь. Твой отец изменил мою жизнь, Хейзел… и…

— О боже, – перебивает его румяная женщина, опускаясь на лавку напротив нас. – Он умер?

— Что? – потрясенно спрашиваю я, глядя на нее, пока Киприан благополучно убирает крошечную книжечку обратно в карман.

— Твой отец, он умер?

— Не… не думаю, – отвечаю я, и все внутри меня сжимается лишь от одной этой мысли.

— О, хвала небесам, – вздыхает она, практически распластываясь на столе от облегчения. – Я уж распереживалась, подумала, что твое присутствие здесь означает… ну, ты понимаешь.

Женщина продолжает болтать, перескакивая с темы на тему так резво, что я едва поспеваю за ней. Я все крепче сжимаю стакан в руке, пока слушаю, как она рассказывает историю за историей о моем отце и о том, как же ужасно ей жаль, что он заболел.

— Ты допила? – спрашивает Киприан, когда женщина, наконец, покидает нас, отойдя по нужде.

Заглянув внутрь стакана, я с удивлением обнаруживаю, что он пуст.

— Да, – говорю я в ответ, кивая.

— Хорошо, давай налью еще. Если бы я знал, что тебя здесь будет донимать почти каждый посетитель, отвел бы в более тихое местечко.

— Меня не волнует шум, – отвечаю я. – Он, наоборот, заглушает бурный поток моих мыслей.

— Ну хорошо, я вернусь через минутку, – говорит он.

Судя по тому, как у меня уже кружится голова, возможно, ему не стоит нести мне второй стакан, но я не останавливаю его, когда он направляется к бару. Я наблюдаю, как он прислоняется к барной стойке в дальнем конце таверны, фамильярно болтая с барменом.

Однако в этот момент краем глаза я кое-что замечаю.

Сначала я думаю, что это игра света или, возможно, моего разума… но все выглядит слишком реально: клянусь, я вижу, как нечто, похожее на гигантскую чернильную тень, проскальзывает в таверну.

Мурашки пробегают у меня по спине, когда я вглядываюсь в дальний угол комнаты. Медленно тени вихрятся и стягиваются вместе, будто пытаясь принять форму огромного рогатого существа.

Мои глаза расширяются, сердце бешено колотится в груди, и я уже открываю рот, чтобы что-то сказать.

— Вот ты где, Хейзел, – восклицает другая женщина, пугая меня, когда я отвожу взгляд от теней и вижу ее, стоящую рядом со столом. – Я уже начала переживать, что не успею найти тебя вовремя.

— Простите, мы знакомы? – спрашиваю я, бросая взгляд обратно в угол и обнаруживая, что там и следа не осталось от тех теневых монстров.

— Пока нет, – отвечает она. – Но просто знай, если тебе когда-нибудь понадобится помощь, дитя мое, лишь только попроси.

Наши взгляды встречаются. Ее глаза имеют необычный золотистый оттенок, он кажется нереальным. Должно быть, это отблеск огня в камине, или, возможно, это вино сыграло со мной еще одну злую шутку. Я-то думала, что со мной все в порядке, но с каждой секундой становится яснее и яснее, что вовсе нет.