Книга Хозяйка по ошибке: замок и восемь сорванцов, страница 10 – Ли Ан

— У меня тоже! — не отстает Роза.

— А мой самый большой! — Тео демонстрирует шар размером с кулак.

— Это не клецка, это булыжник, — смеется Тесса.

Смеется. Дети смеются на кухне. Когда они в последний раз смеялись?

Пока они лепят, я занимаюсь бульоном. Обжариваю лук до золотистости (Марта ахает — «Госпожа Агата никогда ничего не жарила!»), добавляю морковь, грибы. Запах расползается по кухне, и дети начинают принюхиваться.

— Пахнет как… как праздник, — тихо говорит Лили.

— Каждый день может быть немножко праздником, — отвечаю я, помешивая овощи.

Когда вода закипает, я показываю детям, как аккуратно опускать клецки.

— По одной, не все сразу! Иначе слипнутся.

Дети выстраиваются в очередь, каждый бережно опускает свои клецки в кипящий бульон. Даже Робин, который обычно молчит, бормочет что-то одобрительное, когда его клецка удачно плюхается в котел.

— А теперь секретный ингредиент, — я достаю из кармана передника несколько листиков, которые сорвала в саду.

— Что это? — Марта подозрительно косится на зелень.

— Дикий чеснок. Растет у вас за курятником. Придает особый вкус.

— Госпожа Агата говорила, что травы могут быть опасны…

— Госпожа Агата многого не знала, — отрезаю я. — Травы могут быть опасны, если не знаешь, что берешь. Но я знаю.

Спасибо кулинарным курсам и шеф-повару, который заставлял нас изучать все виды зелени.

Суп булькает, клецки всплывают на поверхность, по кухне разносится аромат, от которого урчит в животе.

— Можно уже есть? — Тео заглядывает в котел.

— Почти. Накрывайте на стол.

И тут происходит маленькое чудо — дети накрывают без напоминаний, без указаний. Тесса приносит миски, Роза — ложки, Томас нарезает хлеб, малыши важно расставляют кружки.

Наконец, разливаю суп по мискам. Густой, ароматный, с клецками, которые дети сделали сами.

— Можно есть? — спрашивает Лили.

— Конечно!

Первую ложку они пробуют осторожно. Потом тишину нарушает только стук ложек и довольное сопение.

— Это самая вкусная еда в моей жизни, — заявляет Тео с набитым ртом.

— Не разговаривай с полным ртом, — автоматически одергивает его Марта, но сама улыбается. — Хотя… да. Очень вкусно, госпожа Клара.

— Мы завтра тоже будем так готовить? — спрашивает Грета.

— Завтра научу вас печь хлеб. В той волшебной печи в подвале.

Дети переглядываются с восторгом и недоверием.

— Правда? — Тесса подпрыгивает на стуле. — Настоящий хлеб?

— Самый настоящий. С хрустящей корочкой и мягким мякишем.

И я действительно научу их. Потому что видеть, как они едят с таким удовольствием, как улыбаются, как их глаза блестят — это стоит всех усилий.

После обеда я отправляю младших отдыхать, а старшим разрешаю заниматься, чем хотят. Марта в ужасе удаляется с учебником латыни. Роза за ней. Томас идет в кузницу. Тео исчезает в библиотеке. Тесса лезет на свою башню — но обещает не прыгать.

Вечером, когда все накормлены и отправлены спать (Лили я обещала прийти, если она заплачет), я наконец остаюсь одна в комнате Клары. В моей комнате.

Время узнать, кто же ты такая, Клара.

Открываю сундук. Сверху — платья, аккуратно сложенные. Серые, коричневые, темно-синие. Скромные, но из хорошей ткани. Белье — простое, но тонкой работы. Несколько книг — молитвенник, сборник псалмов, неожиданно — трактат по травам.