Книга Цена любви и мести, страница 69 – Анастасия Разумовская

не допрыгал кон — значит, вышел вон... — тоже мурсийское детское творчество

бросила стёклышко на следующую клетку — со второго круга предварительно кидают биту в ту клетку, куда нужно прыгать. Но если бита попадает в другую, ты прыгаешь туда, куда попала бита

Солнце, выйди из-за туч... — детский псевдозаговор на хорошую погоду, не имеет силы.

не поминай их вслух — считается, что стоит вспомнить болотную ведьму, и она тебя услышит, и однажды явится по твою душу

Соквинец — ядовитое растение, съедобны только толстые, напоённые соком корни.

лаптша — белоствольное растение, похожее на торчащие из болота кости, без листьев. Его перетирают в порошок и продают как средство от сглаза

овосьмериться — сцепить указательные и большие пальцы рук в два кольца, защищающий знак от всякой нечисти. В данном случае — благодарности за спасение

Проснулась Ирис сама, поднялась и огляделась: просторная, уютная в своей суровой простоте комната. Ничего лишнего. Очень светлая. Кровать. Камин. Справа от него — закрытая дверь в смежную комнату. «Мою» — поняла девушка тотчас. Дверь в коридор. Вешалка для одежды. Столик для закуски и воды. Стул. Дверь в душ. На пол брошен простой тканый коврик. Напротив кровати — накаминные часы. Дровница. Кочерга. И всё. Ну, подсвечники ещё разве что — на камине, на окне, на столе. С толстыми свечами. На стенах — свежая штукатурка. Потолок побелён. Пол отдраен до янтарной желтизны.

Ирис поднялась, прошла в душ. Поняла, что его строение очень убого — обычная лейка, торчащая из потолка. Водопровода в замке, конечно, не было. Наверное, наверху, за потолком, бак, куда слуги натаскивают воду. На полу — деревянная решётка и труба слива. Зеркало и бра на стене. Тройное, с тремя восковыми свечами, в руку толщиной. За дверцей слева находилась уборная комната с чугунным унитазом, над которым был закреплён сливной бачок. Это неожиданное присутствие цивилизации очень порадовало принцессу. Ходить в дырку в полу было бы омерзительно.

Сделав интимные дела, девушка вернулась в душевую, открыла кран, с наслаждением подставила тело под прохладную воду. Намыливаться не стала, опасаясь, что бак может оказаться неполным и смыть не удастся. И не ошиблась: вода довольно быстро закончилась.

На вешалке у двери висело два широких махровых полотенца: тёмно-синее и кремовое. Рассудив, что синее, скорее всего, личное полотенце герцога, Ирис вытерлась кремовым, завернула в него волосы. Вышла в комнату и принялась искать что-то, во что можно было бы одеться. Ничего не нашла, кроме рубахи и штанов, очевидно, Ширана. Колокольчика для вызова прислуги тоже не было. Поколебавшись немного, Ирис со вздохом натянула на тело его рубашку. Поёжилась, ощущая странный аромат. Принюхалась и не смогла понять, чем пахнет. Табаком? Но девушка ни разу не видела, чтобы герцог курил. Немного йодом. И чем-то ещё. Она бы даже назвала этот запах изысканным или, как минимум, приятным, если бы это был не его запах.

Подол рубашки оказался ниже её колен, но, к сожалению, ненамного. Выйти в таком виде в коридор было немыслимо. И где, скажите на милость, Аарха?

Шум за окном привлек внимание Ирис. Она подошла и выглянула. Внизу был внутренний двор неправильной формы, окружённый сомкнувшимися корпусами, стиснутыми, в свою очередь, стенами. Всё очень компактно. В этот раз двор не был пуст. Всадники в серых мундирах спешивались, переговариваясь. На башнях принцесса различила часовых. На шпилях плескались на ветру серебряные флаги с золотым глазом-рыбой — символ Неприветливых скал. Надо же… а ей казалось, что кроме них с Шираном, Баэрда и Аархи, в замке Неупокоенных душ никого нет.