Книга Позволь съесть твою историю. Том 1, страница 74 – Мён Соджон

Пятый этаж общежития был отведен под служебные помещения, поэтому лестницей между четвертым и пятым почти никто не пользовался без веской причины. Я боялась, что наткнемся на целующуюся парочку, но, к счастью, на лестнице никого не оказалось. Я села на ступеньки, спиной к окнам во всю стену, и уставилась на Хе Сона. Сквозь стекло пробивался белый лунный свет. За окном ничего не было видно, кроме гор и ночного неба. Его глаза не светились красным, и клыков не было видно – но я все равно ощущала: передо мной не человек.

— Только мы узнали о том, что нравится друг другу, и скоро ты обо всем забудешь.

— Поговорим об этом еще раз, когда встретимся снова.

Мне хотелось улыбаться до самого конца. Как в прошлый раз. Но похоже, я не умею притворяться. Точно так же, как и на крыше, когда я не смогла сдержать слез. Я боялась, что они могут ослабить уверенность Хе Сона. Пока размышляла о том, что буду делать, если он не придет ко мне из-за чувства вины, я могла держать себя в руках. Хе Сон улыбнулся вместо меня и взял за руку, чтобы успокоить.

Мы так долго молчали, что я потеряла счет времени. Даже зная, что все вернется на круги своя, я боялась попросить его забрать мои воспоминания. Я не проснусь утром в холодном поту, словно после кошмара? Мне казалось, что утром мы встретимся, посмеемся над краткой разлукой и пожелаем друг другу хороших каникул. Но даже эта мысль скоро исчезнет из памяти – стоит лишь произнести одно слово: «Начинай».

— Я вернусь, чтобы встретиться с тобой вновь.

— Ты пообещал. Если не придешь, я тебе это припомню.

— Буду иметь в виду. И хороших тебе каникул.

Если мы встретимся вновь и наши отношения станут глубже, чем сейчас, настанет день, когда я смогу откопать похороненные воспоминания – так же, как он сделал это для меня. Возможно, к тому времени Хе Сон сам расскажет мне о весне, которую мы провели вместе. О том, что он помнит все, чего я уже не помню. Все тревоги, чувства и эмоции. Он поймет, что означают мои нынешние чувства, даже если я не смогу назвать их дружбой или любовью. И в далеком будущем даст мне ответ. Тогда, наверное, я буду влюблена в него еще сильнее, чем сейчас. Сейчас мои чувства кажутся почти наивными – легкими, почти детскими.

Я не отводила взгляда от его лица, надеясь уловить момент, когда цвет глаз изменится. Ожидание казалось вечностью – никаких признаков перемен, и, когда я уже собиралась спросить, когда он начнет, по его карим глазам вдруг растекся красный свет, словно краска. Это было прощание. Короткое, но все же прощание. Как долго мы будем вместе? Единственное, в чем я была уверена, – я буду ждать. Даже не зная, кого именно жду.

На дворе стоял сентябрь, и жара не спешила отступать. Для кого-то учебный год наступил слишком быстро, но я ждала начала занятий все два месяца каникул. Уверена, мои родители тоже. Но это лето оказалось особенным. Кошмары, которые мучили меня с детства, ни разу не повторились. Кажется, их частота начала снижаться еще весной. За весь семестр кошмары приснились всего пару раз.

Я пыталась понять, почему так произошло, но причин было слишком много, чтобы выбрать одну. У меня впервые появился друг. Я вступила в консультационный отдел психического здоровья и выслушивала чужие проблемы. В журналах, сложенных в углу клубной комнаты, были записи о том, как я старалась понять других, чтобы помочь им. Прежде чем убрать их в коробку с пометкой «первый семестр», я решила перечитать записи и освежить воспоминания.