Книга Его личное безумие, страница 92 – Людмила Черныш

Она не стала наносить макияж, оставив лицо чистым, открытым и беззащитным. Ее волосы были слегка влажными, рассыпаясь по плечам тяжелыми волнами, и пахли цветами. В глазах больше не осталось ни тени сомнения, ни капли того ужаса, что сковывал ее в машине Калеба. Она пришла к нему полностью очищенной от косметики, от грязи того дома и от призраков прошлого, которые преследовали ее годами.

Дамиан замер, забыв, как дышать. В мерцании свечей она казалась ему прекрасным, почти нереальным видением. Он безмолвно протянул ей бокал, и Вивьен приняла его, намеренно касаясь своими теплыми пальцами его горячей ладони. Этот контакт был коротким, но он пронзил их обоих током. Она осушила вино почти залпом, чувствуя, как приятное, дурманящее тепло мгновенно разливается по жилам, снимая последние психологические барьеры и зажимы. Поставив бокал на стол, она сделала уверенный шаг вплотную к нему, сокращая расстояние до минимума.

— Я здесь, Дамиан, — прошептала она, и ее голос больше не дрожал. — Я хочу этого. С тобой. Прямо сейчас.

Она сама потянулась вперед, обвивая его шею руками и притягивая к себе для поцелуя. Дамиан ответил мгновенно. Его губы накрыли ее с такой жаждой, которую он подавлял в себе бесконечные пять лет, проведенные в четырех стенах камеры. Поцелуй был глубоким, собственническим, но при этом удивительно нежным, полным невысказанных обещаний.

Его горячее дыхание обжигало ее кожу, пробуждая внутри Вивьен дикое желание, которое она так долго пыталась заглушить в себе, считая его чем-то неправильным. Но сегодня все было правильно. Сегодня они должны были стать одним целым, закрепить свой статус перед лицом самой природы и ее древних законов.

Вивьен чувствовала, как под ее пальцами перекатываются жесткие жгуты мышц на его спине. Дамиан больше не сдерживался. Те пять лет, что он провел в каменном мешке, подпитывая себя лишь воспоминанием о запахе ее кожи, сейчас выплескивались в каждом его движении. Он опрокинул ее на шелк простыней, и его руки, огромные и горячие, начали собственническое исследование.

Его ладони, широкие и мозолистые, скользили по ее бедрам с такой уверенностью, словно он заново пересчитывал все изгибы ее тела, запоминая их навсегда. Вивьен задыхалась от того жара, который исходил от его кожи. Дамиан навис над ней, его расстегнутая рубашка окончательно сползла с плеч, обнажая мощный торс, и в полумраке спальни его фигура казалась пугающе огромной, доминирующей. Он прижал ее запястья к подушкам по обе стороны от ее головы, фиксируя ее, заставляя полностью сосредоточиться на нем.

— Ты даже не представляешь, сколько раз я видел это в темноте своих мыслей, — прохрипел он ей в самые губы, и его алые глаза вспыхнули с новой силой. — Сколько раз я сходил с ума, чувствуя твой запах на расстоянии сотен миль. Теперь ты здесь. И я тебя не отпущу.

Он начал спускаться поцелуями вниз, игнорируя ее судорожные вздохи. Его губы обжигали кожу на животе, заставляя мышцы непроизвольно сокращаться. Когда он зубами осторожно потянул за край тонкого кружева, Вивьен закусила губу, чтобы не вскрикнуть слишком громко. Но Дамиану не нужны были ее сдерживаемые эмоции. Он хотел слышать ее всю, хотел владеть каждым ее звуком. Одним резким, но точным движением он окончательно избавил ее от белья, оставляя полностью обнаженной в дрожащем свете свечей.