Книга Милфа для генерала дракона, страница 113 – Кристина Юраш

Генерал взял ключ. Его пальцы сомкнулись вокруг холодного металла. Дворецкий поклонился, низко и беззвучно, и тихо удалился, закрыв за собой дверь. Щелчок замка прозвучал как финальный аккорд перед бурей.

Я уже поднялась. Ноги были ватными, но адреналин гнал меня вперед, заставляя забыть о слабости после приступа.

— Тогда... я подожду здесь.

Мой голос прозвучал неуверенно, почти робко. Мне вдруг стало страшно. Страшно войти в то пространство, которое осталось нетронутым смертью.

— Почему?

Он посмотрел на меня. В его серых глазах не было вопроса, было требование объяснения логики, которую он не видел.

Я растерянно посмотрела на него, чувствуя, как щеки горят от неловкости.

— Я… я боюсь, что я не выдержу…

Слова повисли в воздухе, тяжелые, как могильная плита.

Он несколько секунд молчал, изучая мое лицо, словно пытаясь прочитать то, что я сама боялась озвучить. Потом спокойно сказал:

— Это комната вашей дочери. Я понимаю, как вам тяжело, маркиза. Мне тоже, поверьте, непросто. Но я не смогу один войти туда.

— Не сможете? - выдохнула я, чувствуя, как по телу пробежала дрожь.

— Да. Я никогда не бежал от врага. У меня никогда не тряслись колени. Я знал, что нужно идти, и шел вперед. Иногда на смерть… — произнес Лагерт.

— Но сейчас вам так же больно, как и мне, — прошептала я, опустив глаза. — Понимаю.

И, немного помедлив, добавил, и в его тоне прозвучала странная, глухая усталость:

— Пойдемте. Вам нужен будет кто-то рядом, кто поддержит вас. Мне нужен будет кто-то, кто поддержит меня…

Я почувствовала, как сердце болезненно сжалось, словно его сдавили в тисках. Боль была физической, острой, заставившей меня на секунду задержать дыхание.

Мы вышли в коридор.

Дом словно затих окончательно. Даже привычный шум ветра в трубах каминов, скрип половиц — все исчезло. Воздух стал плотным, практически невозможным для дыхания.

Слуги, попадавшиеся нам на пути, буквально растворялись в тени ниш или ускоряли шаг, стараясь не попадаться навстречу, опуская глаза в пол. Они чувствовали атмосферу. Чувствовали, что мы идем туда, куда ходить нельзя.

Мы шли долго. Коридор тянулся бесконечной лентой, освещенной тусклыми светильниками, которые отбрасывали длинные, дрожащие тени. Каждый наш шаг эхом отдавался в пустоте, напоминая о том, насколько огромным и мертвым может быть дом, в котором недавно случилось горе.

Возле последней двери в западном крыле генерал остановился.

Это была массивная дубовая дверь, темнее остальных, с резным орнаментом, который я раньше не замечала. Лагерт несколько секунд просто смотрел на замок. Его лицо окаменело, став маской, скрывающей бурю эмоций. Я видела, как дернулась мышца на его скуле.

Потом медленно вставил ключ.

Металл тяжело, со скрипом провернулся в скважине. Звук был неприятным, ржавым, словно механизм давно не использовался и сопротивлялся вторжению.

Замок щелкнул. Глухо. Окончательно.

Дверь открылась.

Я переступила порог...

...и остановилась.

Воздух здесь был другим. Неподвижным. Застывшим. Будто само время отказалось идти дальше в тот день, когда Лотесса сделала последний вдох. Здесь не пахло пылью или затхлостью закрытых помещений. Здесь пахло ее духами.

Тем самым легким, едва уловимым цветочным ароматом с нотками фиалки и сандала, похожим на мой любимый запах, который Лотти так любила и который я узнавала из тысячи других запахов. Этот аромат въелся в ткани, в дерево, в саму суть этой комнаты.