Книга Хозяйка брошенного замка. Новая жизнь после развода, страница 85 – Анастасия Пенкина

Я легла, натянула одеяло до подбородка.

Мысли путались. Фелисити, Корвин, его руки на моей руке, его взгляд сегодня в саду. А теперь еще и признание кузины.

Может, я просто везде вижу врагов там, где их нет. Может, она действительно запутавшаяся девчонка, которая не знает, что делать со своими чувствами. Несчастная сирота, влюбившаяся в единственного мужчину, который проявил к ней каплю заботы, позволив жить в своем доме

Я закрыла глаза. Надо поспать. Может, завтра все покажется не таким запутанным.

Проваливаясь в дремоту, я вдруг почувствовала слабую пульсацию в висках. Не боль, так, намек. Будто где-то далеко стучал молоток, и звук доносился едва-едва.

Я перевернулась на бок, устраиваясь поудобнее. Наверное, переутомилась за день. Грядки, этот разговор... Завтра все пройдет.

Пульсация не утихала. Я прислушалась к себе — нет, не болит. Просто... мигрень напоминает о себе. Как в прошлый раз, когда Кларисса пыталась нацепить на меня ту заколку.

Я открыла глаза, посмотрела на подушку. Пусто. Конечно, никакой заколки не было, я ее выкинула и вряд ли в тех зарослях ее можно найти.

Вставать не хотелось и я повернулась на другой бок, уткнулась лицом в подушку.

Просто устала, просто нужно выспаться.

С этими мыслями я провалилась в сон.

Я проснулась от глухой, пульсирующей боли в висках.

Сначала я не поняла, что меня разбудило. Было еще темно, небо за окном только начинало розоветь. Я лежала, прислушиваясь к себе, и с каждой секундой боль становилась отчетливее, пронзая голову то с одной стороны, то с другой.

Не такая сильная, как раньше. Будто кто-то стучал по черепу молоточком.

Я повернулась на другой бок, обхватив руками подушку, и рука нащупала что-то под ней.

Маленький холщовый мешочек, перетянутый грубой ниткой. Я села, поднесла его к глазам.

Он был легкий, но внутри что-то лежало. Я развязала узелок и высыпала содержимое на ладонь.

Когти. Маленькие, птичьи или мышиные, ссохшиеся, желтые. Сушеные ягоды, черные, похожие на вороний глаз. Какие-то корешки, скрученные в кольца, покрытые странным налетом. И волосы… Темные, чужие длинные волосы...

Я смотрела на это и не понимала, что вижу. Но внутри все сжалось. Такое не кладут под подушку просто так. Такое не приносят на удачу.

Я быстро ссыпала все обратно, затянула узелок. Руки дрожали.

Что это? Откуда? Кто положил?!

Я оглядела комнату. Дверь заперта? Да, я ее закрыла после уходя Фелисити.

Ну конечно, невинная фиалка Фелисити… Она сидела вчера на моей кровати, лила слезы, изливала душу. Неужели все это представление было только ради того, чтобы подбросить мне это?

Вот же… сука!

Я сжала мешочек в кулаке. Первым порывом было швырнуть его в огонь, и пусть горит это колдовское дерьмо. Но я сдержалась. Уничтожить улику, значит, помочь Фелисити. А я пока не знала, с чем имею дело. Может, позже эта дрянь пригодится, как доказательство. Или чтобы понять, откуда она взялась.

Голова болела. Пульсация отдавалась в затылке, мешая думать. Но одна мысль пробивалась четко: это не случайность. И очевидно не в первый раз.

Я сунула мешочек под матрас, только успела пригладить одеяло, когда дверь скрипнула.

— Розалинда, ты уже встала? — Кларисса вошла в комнату, поправляя халат. — Что-то ты рано...

— Голова болит, — перебила я.