Книга Хозяйка брошенного замка. Новая жизнь после развода, страница 68 – Анастасия Пенкина

— Чего встала? — бросил через плечо. — Идем.

И пошел к кухне, даже не обернувшись.

То ли спасибо сказать, то ли возмутиться, что опять командует?

Пошла за ним, решив не отказываться от дармовой рабочей силы.

В конце концов, косуля — моя. И ужин сегодня будет знатный.

Мы с Корвином дошли до кухни. Он бросил тушу на большой деревянный стол, и я поняла, что понятия не имею, что делать дальше.

Косуля лежала передо мной с окровавленным, распоротым боком. Красивое животное, еще недавно бегало по лесу. А теперь должно стать ужином. Что ж, такова жизнь или смерть. Сентиментальность — роскошь, которую мы себе позволить не можем. Особенно когда в кладовой пусто.

Я стояла и смотрела на тушу. В голове крутились вопросы: с чего начинать? Как снимать шкуру? Где резать? И главное, как потом отмывать этот стол, на котором мы едим?

Корвин, кажется, понял мое замешательство. Он стоял в стороне, скрестив руки на груди, и молчаливо наблюдал с какой-то непонятной усмешкой.

Я взяла большой нож, повертела в руках. Подошла к туше, примерилась.

— Может, лучше на улице? — пробормотала я себе под нос. — А то потом весь стол и пол в кровище...

Я уже представила, как буду отскребать засохшую кровь от каменных плит, и внутри все сжалось.

В этот момент я почувствовала его за спиной.

Корвин так тихо подошел сзади, что я не слышала шагов. Оказался вплотную. Я замерла, зажатая между его телом и краем стола.

Его рука легла поверх моей, сжимающей нож. Теплые, уверенные пальцы на моем запястье.

— Давай лучше я, — сказал он тихо, с хрипотцой в голосе. — Ты... можешь порезаться.

От его близости перехватило дыхание и я замерла. Он стоял так близко, что я чувствовала жар его тела, слышала дыхание над ухом. Сердце пропустило удар.

Он прав. Конечно, прав. Я понятия не имею, как разделывать тушу, а он, с его походным опытом, справится в два счета.

Я уже открыла рот, чтобы согласиться, но с улицы донесся топот копыт.

Через мгновение дверь распахнулась, и на кухню вошел Гаррет.

— Леди Розалинда! Генерал! — поприветствовал он, но осекся, увидев тушу на столе.

На его лице расплылась широкая ухмылка.

— Ого, — сказал он, разглядывая косулю. — А я, кажется, вовремя. Смотрю, помощь опытного охотника вам точно не помешает?

Он снял мундир, повесил на спинку стула и подошел к столу.

Корвин медленно отступил. Неохотно? Или мне показалось?

— Разбирайся, — бросил он коротко и вышел из кухни, даже не оглянувшись.

Я выдохнула. То ли от облегчения, то ли от чего-то другого. Сама не поняла.

Гаррет уже хозяйничал у туши. Осмотрел ее, прикинул вес, пощупал мясо.

— Хороша, — одобрительно крякнул он. — Свежая. Где взяли?

— Подарок, — ответила я уклончиво.

Он понимающе кивнул, но расспрашивать не стал.

— Так, — Гаррет взял нож, — сначала надо ее на улицу. Там разделаем, а то тут все в кровище будет. Шкуру снимем, мясо по частям разберём. Бенедикт!

Бенедикт вынырнул из угла, где до этого тихо пережидал бурю.

— Неси во двор большой таз и воду. Много воды. И тряпки.

— Сейчас, сейчас! — засуетился Бенедикт.

Гаррет ловко подхватил тушу и понес к двери. Я пошла за ним.

Пока Бенедикт хлопотал у насоса, таская с кухни воду, Гаррет разложил тушу на широкой деревянной скамье и принялся за дело. Нож в его руках ходил легко и уверенно, шкура отделялась от мяса почти без усилий.