Книга Ненужная жена. Лекарь генерала дракона, страница 62 – Александра Мауль

— Ты сказал мне, разве не помнишь? Ты сказал, что я буду следить за порядком, создавать уют, готовить потрясающий пирог с овощами и тушеным мясом, а также … согревать твою постель…

— Да — тяжело вздыхает Айрон — Я так сказал. Как и тысячу раз до этого, и ты каждый раз заливисто смеялась над словами моего отца, которые мы сделали отменной шуткой о том, чем ты обязана заниматься. Особенно тебя приводило в восторг “согревать мою постель”. — он опускает голову и растирает рукой лоб.

Давящая, звенящая тишина повисает между нами и внутри меня становится так нестерпимо больно, что я громко всхлипываю.

— Ты просто повторил его слова… — разрезают между нами тишину мои слова.

— Я хотел, чтобы этот якорь наших счастливых моментов, хоть как-то исправил сложившуюся ситуацию между нами. Я был растерян. Мне жаль, что ты этого не поняла и восприняла мои слова совсем не так. Я должен был быть более внимателен, но признаюсь, впал в ступор от дикого, всепоглощающего чувства вины. Когда ты смотрела на меня там в больнице, когда умоляла его спасти, что-то внутри меня будто сломалось. Потому что я не мог. Я впервые в жизни не мог ни на что повлиять. Я хотел найти виновных, притащить их и бросить к твоим ногам, чтобы ты смогла простить мне мою в этом деле беспомощность. У меня не хватило ни сил, ни магии на вас обоих, и когда я должен был сделать выбор, то выбрал тебя, потому что ни за что на свете не смог бы жить без тебя, даже если бы выжил наш сын.

Я закрываю руками лицо и громко всхлипываю, меня начинает трясти, а грудь и всё тело стягивает от спазма. Не могу ни вдохнуть, ни сказать ни слова. Я задыхаюсь от нахлынувших эмоций и рвущихся наружу рыданий. Я будто попала в шторм, в водоворот, который снёс меня и теперь кидает из стороны в сторону, так что я даже не вижу возможности выбраться на поверхность и снова вдохнуть.

Разворачиваюсь и собираюсь уйти, но Айрон ловит меня и развернув, прижимает к себе.

Утыкается лбом в мой лоб и я, наконец, получаю такую долгожданную возможность отпустить свою боль и поплакать в объятиях моего мужа. Того, кто любил меня все эти годы, кто поддерживал, был нежен со мной, а иногда очень груб, потому что не знал, как иначе.

Воздух в комнате встряхивают мои рыдания. Не знаю, как долго я плачу, но, в конце концов, затихаю.

— Что ты отдал за мою драконицу, Айрон? — спрашиваю я, но не двигаюсь, и мой голос звучит приглушённо.

— За твою драконицу я отдал всю свою силу и магию. — отвечает Айрон спустя какое-то время — Я теперь пуст, Мария. У меня остался только дракон и накопленный годами опыт.

— Потому тебя прогнали из Эльмор?

— Нет. Совсем не поэтому.

Шумно выдыхаю, когда слабость, что я себе позволила, сходит. Даже в дрожь бросает. Холодно вдруг становится и между мной и Айроном будто снова вырастает стена непонимания.

Воздух между нами меняется, и я отстраняюсь.

Но Айрон будто чувствует эту перемену и хватает меня за руку выше локтя, а другая его рука опускается мне на шею.

Не сжимает, лишь держит там, где колотится пульс.

Он наклоняется и заглядывает мне в лицо:

— На вопрос мой ответишь? — спрашивает он, и его зрачки медленно вертикально вытягиваются. Радужка становится насыщенной и снова светится.

В комнате становится трудно дышать от его давящей звериной энергии.