Книга 500 лет ожидания, страница 7 – Рина Рофи

Я поёжилась. Халат совсем не грел. Надо было куртку накинуть. И, наверное, надо развернуться и пойти домой. Мало ли — может, съёмки какие-то. Или историческая реконструкция. Или я просто выпила больше соджу, чем думала.

Но вместо этого я стояла и смотрела на открытые двери.

Потому что из вагона пахло не машинным маслом и не железом.

Пахло полевыми цветами. И старым лесом.

Как во сне.

Я отступила от поезда, обогнула его и зашла со стороны паровоза. Заглянула в окна — никого. Пусто. Только ровный тёплый свет горит внутри…

— Ха, — выдохнула я вслух. — Ну точно. Реконструкция. Или к съёмкам дорамы готовятся.

Точно. Сейчас весна, сезон новых сериалов. Наверняка какая-нибудь историческая дорама про эпоху Тайсё или Мэйдзи. Или романтическая история про студентку и машиниста паровоза. У них там всегда красивые костюмы, старинные поезда, ветер развевает волосы героини, герой поправляет фуражку…

Может, айдолы какие приедут. Популярные актёры, которых я видела в журналах и по телевизору.

Я мечтательно вздохнула.

Актёры всегда красивые. Высокие, статные, с идеальными причёсками и поставленными голосами. Я представила, как по платформе идёт кто-нибудь вроде Ямаситы Томохисы или Сато Такэру в старинной форме машиниста, с серьёзным взглядом и лёгкой улыбкой.

Эх.

Может, когда-нибудь и по моей манге тоже снимут сериал. Или полнометражный фильм. И на премьеру я приеду на такой же красивой ретро-машине, в шикарном платье, а фанаты будут выкрикивать моё имя…

Я одёрнула себя. Размечталась. Сначала надо старую мангу добить. Или новую начать — фантастику, с лисами, духами и старыми храмами. Вот где простор для воображения. Вот где красивые герои. Не то что бытовуха про студентку и соседа.

Я ещё раз оглядела пустую платформу. Тишина. Только пар от паровоза стелется по асфальту. Красиво, кстати. Атмосферно.

Ладно, хватит с меня ночных приключений. Завтра в три — редакция. Надо выспаться и привести мысли в порядок.

Я развернулась и пошла к тропинке, засунув руки в карманы халата. За спиной тихо шипел паровоз, и жёлтый свет от вагонов ещё долго маячил между деревьями, пока я поднималась по склону к дому.

Я уже почти дошла до тропы, когда обернулась.

Поезд всё так же стоял на месте.

Чёрный паровоз, окутанный паром, тёплый свет льётся из окон, пустая платформа, жёлтые фонари. Тишина. И этот мягкий туман, стелющийся по рельсам, подсвеченный изнутри.

Красивый кадр. Как в анимации Хаяо Миядзаки.

Я замерла. Вот оно — то самое чувство, когда реальность вдруг становится похожей на рисунок. Когда композиция, свет, цвет — всё складывается идеально, как на раскадровке. Так и хотелось достать телефон и сфотографировать. Или запомнить. Или зарисовать прямо сейчас, пока не выветрилось из головы.

Пар клубился у колёс. Фонари отражались в мокром асфальте платформы. И поезд — тёмный, старый, таинственный — стоял неподвижно, будто ждал кого-то.

— Удивительно, — прошептала я сама себе.

Вот так просто. Ночь, случайный звук, любопытство и ты уже стоишь посреди сцены, достойной пера Миядзаки. Может, это знак? Может, мир подсказывает мне, что пора рисовать что-то другое? Что-то волшебное, воздушное, не от мира сего?

Я улыбнулась. Завтра Такахаси-сан. Завтра я ему всё скажу.

Развернулась и пошла к дому. Ветер шумел в кронах, где-то вдалеке наконец застучали колёса обычного поезда и ночь снова стала обычной весенней ночью на окраине Киото.