Книга 500 лет ожидания, страница 29 – Рина Рофи

— Представляю.

Мы разлили соджу по стаканам. Харука закинула ноги на диван и вдруг стала серьёзной.

— Так. Еда есть. Соджу есть. Теперь новости. Важные.

— Давай.

— Я в чате выпускников прочитала. Ты не поверишь. На день школы приедет какой-то инвестор. Крупный. Говорят, он из центральной части Киото.

— Инвестор? — я нахмурилась. — Зачем школе инвестор?

— Ой, Мэй, ты совсем отстала от жизни, — Харука закатила глаза и потянулась за онигири. — Ты что, не помнишь? Ещё когда мы учились, слухи ходили. Нашу школу всегда поддерживали инвесторы. Частные. Серьёзные. Из Токио, из Осаки. Потому что школа-то с уклоном.

— Ну да, уклон. Рисование, музыка, театральный кружок.

— Вот именно! — она ткнула в меня палочкой. — А ты думаешь, откуда у нас были новые компьютеры в компьютерном классе? Или оборудование для художественных мастерских? Или эти мольберты дорогущие, которые ты обожала?

— Я как-то не задумывалась…

— А зря. Всё за счёт инвесторов. Они модернизацию проводят, оборудование закупают, фестивали финансируют. Помнишь школьный фестиваль на третьем году? С приглашёнными художниками из Токио? С выставкой? С призами за лучший проект? Это всё они оплатили. Частные инвесторы, которые вкладываются в талантливую молодёжь.

Я задумалась. Действительно. В нашей школе всегда было как-то… богато. Не как в обычных государственных школах. Хорошие материалы, новые технологии, приглашённые лекторы. Я просто привыкла и не спрашивала, откуда это всё берётся.

— И теперь, — продолжала Харука, — говорят, приедет новый инвестор. Прямо на день школы. Триста лет — это же событие. Он хочет посмотреть на выпускников, на их работы. Может, кого-то под крыло возьмёт. Грант даст. Или студию откроет. Или контракт предложит.

— И все наши семпаи едут из-за этого?

— И семпаи, и не только. Я слышала, даже из Киотского университета искусств кто-то приедет. Конкуренция будет — будь здоров. Так что ты со своей новой мангой как раз вовремя. Покажешь наброски, вдруг ему понравится?

— Показать наброски инвестору? Харука, они даже Такахаси-саном ещё не одобрены.

— Такахаси-сан подождёт. А инвестор — нет. Шанс выпадает раз в жизни, Мэй. Не упусти.

Я отпила соджу. Наброски у меня есть. Пилот почти готов. Если этот загадочный инвестор действительно ищет таланты… почему бы и нет? В конце концов, что я теряю?

— Ладно, — сказала я. — Покажу. Если он вообще захочет смотреть работы бывших учеников.

— Захочет, — Харука уверенно кивнула. — Я слышала, он специально просил принести портфолио. Все, кто хочет — могут показать. Так что готовься.

Я сидела на диване, подобрав под себя ноги, и смотрела на Харуку. Она допила вторую порцию соджу, закусила моти и теперь требовательно тянула руки к моему блокноту.

— Ну покажи! Ты же уже что-то нарисовала для пилота? Я знаю, что нарисовала. У тебя глаза горят. А когда у тебя горят глаза, ты рисуешь сутками. Показывай давай.

— Харука, там ещё сырое…

— Мэй. Мы дружим десять лет. Я видела твои рисунки ещё в школе, когда ты стеснялась даже учителю показать. Давай сюда.

Я вздохнула и протянула ей блокнот. Харука открыла его, и её брови поползли вверх.

— Ого. Это тории? Красиво… А это кто? — она перевернула страницу. — Мэй! Это он⁈ Тот самый лис-мужчина?

— Ну… да. Рэн.

— Рэн… — она провела пальцем по рисунку. — Красивое имя. Любовь, да?