Книга (Не)пара для короля академии. Экзамен на выживание, страница 75 – Александра Воронцова

— Ты ненормальный.

— Зачем страдать двоим, если можно одного спасти? Но в следующий раз, Чаргетто, побочку мы отработаем по горячим следам…

Какой следующий раз?

Я никогда в жизни больше не решусь воспользоваться «Родником». Для восполнения энергии можно воспользоваться менее опасным методом. А то, для чего я применила «Родник», — это эксклюзивный случай.

— Чаргетто, не молчи! Что делать? — донимал меня Ренци. — Фран! Ну же! А то я тебя поцелую!

Я в ужасе содрогнулась. Сейчас поцелуй Дориэна меня просто добьёт.

— Подойдёт стандартная процедура перетягивания, — едва слышно ответила я. — Только откат уже мощный, нужно будет… усилить контактом…

Всё. Силы мои иссякли. На последних крохах я придвинулась ещё ближе к Ренци. Между нами оставалось не больше ладони свободного пространства. Мне казалось, что я все свои внутренности чувствую дребезжащими сосульками, и даже сердце билось с каким-то приглушённым ледяным звоном.

Дориэн, видимо, знал, что такое стандартная процедура перетягивания. В общем-то, неудивительно. Выпускники должны быть с ней знакомы. Поражало меня другое: у него ещё остались силы, чтобы её провернуть. Или у него бездонный резерв, или он действительно так силён, как про него рассказывали. Я не смогла бы сейчас и дверь в собственные покои отпереть, просто не совладала бы с магическим замком.

А Ренци плёл заклинание. Да у него на висках выступила испарина, черты лица заострились, но он не отступал.

Перед тем как активировать плетение и накрыть нас, Дориэн вспомнил про контакт.

— Прости, — пробормотал он и перетащил меня к себе головой на колени.

Вспышка боли унесла меня в бессознательный мрак.

Трудно было сказать, сколько времени я отсутствовала в реальности. По ощущениям, я почти сразу пришла в себя.

Распахнув глаза, я обнаружила, что Ренци лежит рядом.

То, как его колотило, заставило моё сердце сжаться.

Силы небесные!

Теперь, когда боль больше не терзала меня, я могла осознать в полной мере, через что сейчас добровольно проходит Дориэн. И мы не знаем, как долго ему придётся это выносить.

Приподнявшись на локте, я заглянула ему в лицо. Ресницы подрагивали, подсказывая, что он в сознании. Очень хотелось убрать пряди влажной чёлки с его лба, но я понимала, что и это причинит ему боль.

Стоило мне отодвинуться от него, как он тут же придвинулся вплотную, при этом лицо его исказила гримаса боли.

Проклятье!

Мы отхватили максимальное поражение откатом. Я потом обязательно разберусь, как такое могла вызвать одна крошечная искорка магии, сейчас нужно понять, как облегчить состояние Ренци. Хотя бы из благодарности за то, что я сейчас не корчилась рядом с ним. Что-то мне подсказывало, что вряд ли я перенесла бы это с таким же достоинством и мужеством, как Дориэн.

— Я могу чем-то помочь? — шёпотом спросила я, и Ренци распахнул свои невозможные густые ресницы, утягивая меня в синий омут глаз, полных безумия, бушующего за тонкой преградой его воли.

Покровитель, помоги! Я забыла про нестабильность!

— Поцелуй меня, Фран.

Я дёрнулась.

Этический вопрос отступал на задний план, но… это ведь я больше не чувствую невыносимой боли от прикосновения. Но не Дориэн.

— Это плохая идея, Ренци.

Я ждала, что он станет настаивать, но он просто закрыл глаза, повергая меня в пучину стыда. Проклятье, лидванский аристократ даже в таком состоянии будет пытаться манипулировать окружающими.