Книга (Не)пара для короля академии. Экзамен на выживание, страница 72 – Александра Воронцова

Лорд Натори — очень опасный человек.

И служил он ни больше, ни меньше как раз там, куда так стремился попасть Ренци. Личная служба императора. В этом, скажем так, универсальном смертоносном подразделении числилось крайне мало магов. И список этот не афишировался, но по некоторым признакам установить принадлежность к этой элите элит было можно.

Так вот, никаких сомнений в том, что ректор не олух-чиновник, быть не могло. Таких Кассиан не стал бы держать рядом. Кроме того, ходили слухи, что Кристиан Натори был близким другом императора. Не удивлюсь, если выход из опалы рода Гвидиче состоялся потому, что лорд по-дружески попросил Кассиана обелить семью невесты.

Хотя наш император крайне далёкий от сантиментов человек, но, поговаривали, что близкими, которых было очень и очень немного, Кассиан дорожил и на многое закрывал глаза.

Что, в общем-то, не делало мою участь легче.

Ректор совершенно точно с азартом, присущим старой лидванской аристократии, играл в какую-то игру, где я всего лишь пешка. И какой бы ценностью как маг я ни обладала, император простит своему другу, если я «выйду из строя».

Чёрные глаза ректора Натори были пугающими.

Бедная Джемма.

Даже сейчас, когда мне и без того было тошно, и неприятный озноб превращал тело в подушечку для иголок, мне было не по себе в обществе лорда.

— «Родник» — не является запрещённым заклинанием. Не понимаю, почему вы заострили на нём внимание… — попыталась я вывернуться.

— Потому что я жду результатов, адептка Чаргетто. Они хоть и слабые, но я их вижу. Достигнутый за несколько часов прогресс впечатляет.

Что? Я собралась силами и обследовала себя с помощью внутреннего магического зрения.

С ума сойти. На мне стояла защита. Классическая барьерная защита, правда, очень слабая. Точнее, от земли до колен я была ограждена от нападения надёжно, а вот чем выше поднимался барьер, тем слабее и тоньше он становился.

Ренци.

Идиот.

Он ещё и силы потратил на ненужный щит.

Меня разбирало зло.

То-то наш откат набирал силу так быстро. Кто-то совершенно бездумно разбрасывался резервом.

— Видите? — поднял бровь ректор. — Вопрос только в том, почему вашего прогресса я не вижу. Вы пошли правильным путём, адептка Чаргетто. Вы выбрали способ пробуждения через инстинкты. А сами, что?

Инстинкты?

Сквозь вату из мыслей с трудом пробивались слова лорда Натори.

Сейчас у меня совершенно не было сил анализировать их.

Мне нужно было к Дориэну и срочно.

Я буквально вжалась лопатками в дверь в попытке оказаться к Ренци ближе. Раз за разом я продолжала бессмысленно поворачивать ручку, надеясь, что она поддастся.

Сейчас я вполне бы одобрила вандализм Дориэна, если бы он снёс прокля́тую дверь, но снаружи явно происходила какая-то потасовка, и Ренци было не до меня.

— Я не знаю. Ещё не пробовала атаковать, — облизнув пересохшие губы, пролепетала я. Ты меня не поймаешь. Я никого не буду атаковать, пока ты не перестанешь вешать на меня эти нападения.

— Адептка Чаргетто, я даже верю, что это не вы напали на Велию Сарсони. Если я всё правильно помню, а я уверен в своей памяти, у «Родника» есть специфическая побочка. Думаю, у вас с адептом Ренци не было времени добежать до покоев адептки.

Силы Небесные! Он думал, что я и Дориэн…

— Вы же разумная леди? Вы же не стали бы допускать отката?