Книга Вездесущая Зефирка и Дракон в шоколаде - 1, страница 46 – Наталья Шевцова

Делать нечего. Я переступила порог. И… почувствовала легкое напряжение в воздухе.

Кожа моя покрылась мурашками, я вздрогнула и резко остановилась.

— Не бойтесь, насколько я могу судить, вы пришлись маяку по душе. Всех остальных он не пускал дальше калитки. Точнее, калитка не пускала, — по-своему интерпретировав моё замешательство, заметил Ройс Грейсон.

Я обвела глазами гостиную.

Стены были заклеены обоями бледно-охряного цвета с тонким растительным узором.

Первое, что бросилось мне в глаза — это массивная дровяная печь с потемневшей от времени изогнутой медной трубой. Рядом с ней стояло наполненное дровами серебряное ведро.

Обрамленное деревянными ставнями, которые слегка поскрипывали от ветра, высокое стрельчатое окно открывало великолепный вид на залитое лунным светом море.

Одну из стен занимал большой шкаф из тёмного дуба с резными дверцами. Полки шкафа были заставлены потрёпанными томами в кожаных переплётах. Вторую — обитые зеленым бархатом диван, два кресла, одна ножная скамейка.

— Спасибо, — чувствуя себя немного странно, прошептала я. — Спасибо, что принял меня.

— Хотите осмотреть весь маяк? — спросили у меня. — Или, возможно, уже завтра?

— Лучше завтра, — с готовностью закивала я, радуясь возможности остаться одной. Да и Ройс Грейсон, как я понимала, после дня, который у него был, мечтал, как можно скорее, оказаться дома со своей семьей.

Распрощавшись с мэром, я хотела было лечь спать прямо в гостиной, но потом подумала, собрала все своё мужество, настроилась и, все же решилась пройтись по наружной, поскольку внутренней просто не имелось, винтовой лестнице и еще чуть-чуть осмотреться…

На втором этаже обнаружилась кухня. И вход в неё, как и в спальню, которую я нашла на третьем этаже, оказался через балкон.

Кухня «порадовала» очередной дровяной печью, черной чугунной плитой, медными кастрюлями и сковородами, массивной деревянной мебелью и громадной кладовой. Поскольку есть мне совершенно не хотелось, то тем вечером я заглядывать в неё не стала.

Центр спальни заполняла собой большая кровать из темного дуба с балдахином. Из такого же дуба были прикроватные тумбочки, большой комод и просто громадный шкаф.

«Покойная хозяйка явно не бедствовала. И, учитывая, полное отсутствие пыли за маяком явно кто-то присматривал», — подумала я, опуская голову на подушку.

Точно помню, что не собиралась спать, хотела подумать обо всем, что случилось за день, но кто ж меня спрашивал! Провалилась в сон, словно уставший и околевший вусмерть путник в мягкий сугроб. С той, к счастью, большой разницей, что я, в отличие от вышеупомянутого путника, провалилась не навсегда.

Оно, конечно, да, к счастью, вот только я себя на следующее утро счастливой не чувствовала совершенно!

[1] Каннабис — марихуана

[2] В сказке Братьев Гримм «Гензель и Гретель» злая ведьма притворилась доброй старушкой и заманила детей в дом, чтобы съесть их.

Я проснулась от странной какофонии звуков. Где-то внизу, обрушивая волны на скалы, мерно рокотал прибой. В этот фон, несмотря на пронзительность и громкость их хриплых голосов, довольно гармонично вплетался крик чаек. Но не глухое и настойчивое «тук-тук, тук-тук, тук-тук, тук-тук», за которым следовало протяжное и сердитое блеяние.

Подскочив в кровати, я на несколько секунд застыла, растерянно оглядывая освещённую тонким лучом солнца, пробивающимся через щель в шторах, незнакомую мне комнату. Еще несколько секунд у меня ушло на осознание того, что «утро не оказалось мудренее вечера» и я всё еще то ли брежу, то ли галлюцинирую, то ли сплю, то ли…