Книга Двойной удар цветущей сакуры, страница 110 – Рина Львович

— Достаточно! — громовым голосом пресек пересуды Ёсихиро, поднимаясь со своего места. Его голос вибрировал от сдерживаемой ярости и триумфа. — Моримото-сама... вы всегда учили нас, что правда выше всего. Расскажите нам, какие именно «занавесы» видит госпожа Такусэн? И почему её видения так пугающе совпадают с тем, что я подозревал в ваших отчетах?

Ася почувствовала, как Моримото начал медленно оседать назад, теряя уверенность. Она сделала еще один шаг вперед, сокращая дистанцию до минимума, так что старейшина оказался в тени её фигуры. Теперь она была не просто телохранителем — она была палачом, который ждал сигнала.

— Духи не любят ждать, — тихо, почти ласково произнесла капитан прямо над ухом Моримото. — Чем быстрее вы заговорите, тем меньше шансов, что они заберут ваш голос навсегда.

Моримото попытался что-то ответить, но его голос превратился в жалкий, надломленный хрип. В этот момент он выглядел как загнанный зверь, который понимает, что выход из клетки давно заперт. Ася не сдвинулась ни на миллиметр, продолжая оказывать на него давление. Её присутствие за спиной Моримото было подобно лезвию меча, приставленному к горлу.

— Посмотрите на него, — холодно констатировала капитан. — Ваша «мудрость» сейчас дрожит от страха. Это страх человека, который знает, что его ложь стала слишком тяжелой, чтобы её нести.

Косуми медленно закрыла веер. Звук хлопка прозвучал как финальная точка в приговоре. Она снова перевела свой отрешенный взгляд на Ёсихиро, и её голос зазвучал чисто и прозрачно, без мистического многослойности:

— Нити затянулись, второй молодой господин. Теперь выбор за вами: либо вы вырежете гниль из своего тела сейчас, либо позволите ей отравить весь клан Минамото до самого основания.

Самурай медленно спустился с возвышения. Он остановился прямо перед Моримото, глядя на него сверху вниз с выражением абсолютного презрения.

— Такео! — скомандовал Ёсихиро, не отрывая взгляда от старейшины. Шиноби возник из тени за спиной Моримото. В следующее мгновение руки Моримото были заломлены за спину с резким, сухим хрустом сустава. Старейшина вскрикнул.

— В подвал, — коротко бросил второй Сын клана. — Без свидетелей. Я лично допрошу его о каждом шелковом рулоне и каждом письме к Ходзё.

Когда Моримото уволокли прочь, в зале воцарилась новая тишина — теперь это была тишина ужаса и осознания того, что правила игры изменились навсегда. Ёсихиро повернулся к девушкам. На его лице не было улыбки, но в зеленых глазах впервые промелькнуло что-то похожее на искреннее уважение к их жестокой эффективности.

— Вы... — он запнулся, подбирая слово, —...действительно пугающие создания. Идите за мной. Нам нужно обсудить детали вашего «контракта» в более приватной обстановке. Кажется, ваши услуги стоят гораздо дороже, чем я предполагал изначально.

Когда двери зала за ними закрылись, отсекая перепуганных старейшин, Касуми мгновенно «схлопнулась» — её плечи опустились, взгляд стал живым и озорным, а на губах заиграла победная улыбка. Она обернулась к Асе и одними губами произнесла: «Мы это сделали!».

Ёсихиро шел впереди, и теперь его походка была иной — более тяжелой, обдуманной. Он чувствовал, как власть в его руках стала более острой, но в то же время он осознавал, что теперь он связан с этими женщинами невидимой нитью общей тайны и общего преступления. Он завел их в свой личный кабинет, где пахло старым деревом и дорогим табаком.