Книга Я – Ректор Академии Темных Тварей, страница 75 – Тина Солнечная

Он кашлянул в кулак — больше от нервов, чем от необходимости — и начал перечислять:

— Один студент с факультета трансформаций случайно обратился в пуделя и теперь отказывается возвращаться в человеческий облик, потому что, цитирую, «ему так уютнее».

— Кто куратор курса?

— Профессор Мильвер. Она уже работает над проблемой, но студент рычит и прячется под мебель.

— Прекрасно. Что ещё?

— Два оборотня подрались на территории сада. Причина — одна девушка. Обе стороны утверждают, что были инициаторами «мирной беседы», но там… стекло, кусты, магический барьер.

— Пусть дракон с ними разбирается. Это его зона. Запиши ему поручение. Дальше?

— На складе факультета зелий обнаружена пропажа трёх ампул с… сомнительным содержимым. Пока неясно, то ли исчезли, то ли перепутаны.

— Свяжись с профессором Райтом, пусть пересчитает всё лично и даст мне отчёт завтра до обеда.

Он кивнул, и я вздохнула, на миг прикрыв глаза. Новость о новой пропаже мне не нравилась. Надеюсь это случайность, а не кто-то собирает свою «продуктовую корзину» до конца.

— И да… Ночь Валькирий. Пора и ею заняться.

Он напрягся. Видимо, ждал, что я её отменю.

— Разошли сообщение по преподавателям: я не отменяю праздник, но каждый факультет должен предоставить по одному куратору, дежурящему всю ночь. Присутствие и патрулирование обязательно. Ответственные по студентам — тоже. А ещё, — я приоткрыла один глаз и хмуро добавила, — проверь, можно ли наложить на напитки защитное заклинание, чтобы они случайно не превратились в коктейли с ингредиентами вне разрешённого списка.

— Понял вас, госпожа ректор, — отозвался он, уже записывая в блокнот.

— Ещё… скажи профессору Рейману, что если он всё же захочет дежурить со мной — пусть даже не думает тащить в зал поднос с кисарисом. Один раз такой трюк уже закончился фейерверком из драконьего пламени и платьев из светлячков.

— Это… у нас такое уже было?

— Нет. Но мне об этом рассказывали. Со смехом. Те, кто потом три дня чинил потолок, — мысленно послала лучи добра Эдмунду за увлекательную историю из другой академии.

Дамир застыл на месте, медленно записывая. Видимо, яркая картина всплыла у него перед глазами.

— Просто… не надо повторять. Пусть будет первый — и последний случай. Даже гипотетический.

Он кивнул с уважением и, к счастью, удалился.

Я осталась одна. И наконец — выдохнула по-настоящему.

Одна. На пять минут. И это уже почти счастье.

Этой ночью сон снова пришёл… но был совершенно другим. Ни темноты, ни полумрака, ни закутков старых особняков или библиотек.

Наоборот.

Я стояла на вершине холма — высоко, почти до неба. Подо мной раскинулись маленькие домики, крыши которых блестели от солнца. Внизу лениво петляла река, журчание которой едва долетало до ушей. Ветер играл в высоких травинках, зелень казалась нереальной, насыщенной, как в детских сказках.

Солнце мягко согревало плечи. Пахло медом и чем-то цветочным.

— Привет, моя ненаглядная, — услышала я голос позади и не удивилась.

Он подошёл, сел рядом, как будто бы всё происходило не во сне, а в самом обычном, счастливом дне, и притянул меня к себе, усаживая. Его прикосновение было таким же — уверенным, знакомым, любимым.

— Я скучал, — прошептал он, скользнув губами по моим волосам.

Я закрыла глаза, позволяя себе отдохнуть в этом простом мгновении. Без суматохи, без богинь, без академии и ревнивых мужей.