Книга Небесная танцовщица. Книга четвёртая, страница 71 – Ната Лакомка

Защити нас от обмана, от того, кто зло умышляет против нас!

Огонь в костре вспыхнул особенно ярко, выбросив сноп искр, хотя дрова почти прогорели, и никто не подкидывал новых. Мужчины смотрели на танцовщицу, не отрывая взглядов, а она танцевала и пела. Пела гимн за гимном, один за другим. Богу огня было посвящено двести пять гимнов, и все они сейчас вспомнились, будто Анджали заучила их только вчера.

Но сколько она сможет так танцевать?

Анджали берегла силы, но танец – он на то и танец, чтобы тело и душа отдавали ему свою энергию. Едва танцовщица сбивалась с ритма или позволяла себе на пару мгновений отдышаться, как мужчины тут же сбрасывали с себя колдовское оцепенение. Да и удерживать внимание шестерых было гораздо сложнее, чем управлять одним Коилхарной. Анджали металась от одного зрителя к другому, замечая любые признаки пробуждения у них сознания, и танцевала, танцевала, танцевала…

Она больно наколола босую ногу, наступив на колючку, но не остановилась. Лучше танцевать, пока сердце не взорвётся от напряжения.

Спетым гимнам был потерян счёт. Созвездия описали по небу почти полный круг. И лишь звезда Дхрув сияла, не двигаясь с места, и огонь горел всё так же ровно.

Силы совсем оставляли Анджали. На последнем дыхании она пропела, стараясь удерживать ровный ритм:

– Укажи мне дорогу вверх, о Агни!

Пусть слова мои приведут щедрого покровителя.

И будем мы оба в милости у тебя,

Защищай нас всегда…

Она сбилась с шага, запнувшись о цепь, и чуть не упала.

Мужчины встрепенулись, будто приходя в себя после сна, но тут из зарослей со свистом вылетела стрела и ударила в грудь того, кто сидел ближе всех к огню.

Похититель опрокинулся на спину, а вторая стрела нашла уже вторую жертву, третья – третью… А потом стрелы полетели тучей, со свистом рассекая воздух, с глухым тошнотворным звуком втыкаясь в живую плоть.

Анджали упала на землю, прижимаясь к ней, дрожа всем телом от перенесённого напряжения, от страха, от усталости.

Утыканные стрелами, как дикабразы, похитители попадали без единого вскрика.

Стало тихо, и только огонь теплился в костре, уже не горя высоким ровным пламенем, а остывая, угасая, из оранжевого превращаясь в красноватые язычки, колышущиеся мягко и слабо, словно крылья мотыльков.

Ни одна стрела не попала в Анджали. И сейчас она подумала, что стреляли мимо неё, стараясь не задеть.

Люди их деревни догнали и пришли на помощь?

Затрещали ветки, кусты чандни с острыми глянцевым листьями раздвинулись, и на поляну вышел мужчина.

В первое мгновение Анджали подумала, что перед ней появился Танду, и она дёрнулась ему навстречу, неловко звякнув цепями.

Но мужчина сделал шаг вперёд, попал в полосу света, и стало ясно, что с Танду он схож лишь высоким ростом и телосложением. Лицо было совсем другое – совсем не смуглое, с тонкой полоской чёрных усов, с широко расставленными тёмными глазами. На нём был сверкающий металлический нагрудник, на голове поблескивал шлем, а в руках мужчина держал лук с позолоченными концами.

Некоторое время воин смотрел на лежавшую на земле Анджали, потом опустился рядом с ней на колено, вглядываясь ей в лицо.

— Не бойся, прекрасная, – сказал он ласково и потянулся рукой, чтобы коснуться спутанных волос Анджали, её плеча, цепей, сковывающих руки и ноги. – Мы искали разбойников, что похищают людей. Узнали, где их лагерь, устроили засаду, но увидели удивительное зрелище…Никогда не встречал женщины, которая танцевала бы в цепях. Кто ты? Как тебя зовут?